Главная Pentagonus Регистрация

Вход




Приветствую Вас Гость | RSS Пятница, 09.12.2016, 06:53
Ключевые слова
планирование, С. Чеснаков, сетецентрическая война, Управление ВС

Ключевой партнёр
Академия военных наук РФ
Академия военных наук РФ

Категории каталога
Финансы [73]
Общевойсковые вопросы [434]
Разведка и контрразведка [77]
ВПК [70]
Календарь [2]

Поиск


Наш опрос
Who is more wise President of the United States?
Всего ответов: 406
Статистика

Rambler's Top100

Онлайн всего: 4
Гостей: 4
Пользователей: 0

Top secret


Translate.Ru PROMT©
Главная » Статьи » Общевойсковые вопросы » Общевойсковые вопросы

Информационно-аналитическое обеспечение строительства и планирования применения ВС США (2009)

Информационно-аналитическое обеспечение строительства и планирования применения ВС США

Подполковник С. Чеснаков

В США достаточно развито информационно-аналитическое обеспечение поддержки принятия решений по вопросам строительства и применения вооруженных сил. Используемые системы стратегического и оперативного планирования, ППРИБ (планирование, программирование, разработка и исполнение бюджета) и приобретения ВВТ в высокой степени формализованы и представляют собой отработанные алгоритмы действий по разработке и исполнению соответствующих директивных документов руководителями и исполнителями разного уровня. При этом практически на каждом этапе функционирования данных систем по формированию будущего облика или планированию применения ВС задействуются различные автоматизированные средства оценки и анализа.

Кроме того, в Соединенных Штатах сложилась практика широкого привлечения различных негосударственных аналитических организаций, так называемых мозговых центров (think tanks), для оказания консультационных услуг по различным проблемам в военно-политической области. В этом аспекте актуальна проблема оценки их роли в сфере принятия решений по вопросам военного строительства и планирования применения вооруженных сил, а также степени их влияния на формирование государственной политики в этих вопросах.

Вместе с тем в последнее время процесс аналитической поддержки принятия решений в процессе строительства и применения вооруженных сил подвергается критическому анализу и пересмотру. Это происходит в рамках процесса трансформации американских ВС в целом.

Необходимость модернизации системы поддержки принятия решений обусловлена несколькими причинами. Одна из них - появление новых угроз национальной безопасности, требующих внесения существенных корректив в концепции строительства и применения вооруженных сил в современных и будущих войнах и конфликтах. Вторая заключается в высоком технологическом уровне развития систем управления, контроля, связи и информации.

Появление и внедрение в практику функционирования руководящих, планирующих и исполнительных органов МО США таких концепций, как «Операции, направленные на достижение результата» и «Сетецентрическая война», затрагивают все уровни принятия военных решений - начиная от министра обороны, председателя КНШ, командующего объединенным оперативным формированием, министров видов ВС и заканчивая командирами подразделений. С другой стороны, практическая реализация данных концепций в принципе невозможна без современных достижений в области информационных технологий. В этом контексте технологические новшества являются необходимым условием успешного применения новаторских стратегий.

Организационный аспект поддержки принятия решений военно-политическим руководством. Всесторонний обзор состояния и перспектив развития ВС США 2006 года1 (документ публикуется раз в четыре года) позиционирует проблему изменения системы принятия стратегических военных решений как одно из самых важных направлений реформирования вооруженных сил в целом. Американские эксперты полагают, что бюрократизация аппарата министра обороны и чрезмерная формализация на стратегическом уровне принятия решений в области строительства и планирования применения вооруженных сил приводят к неспособности адекватно реагировать на новые угрозы национальной безопасности.

Опыт последних лет реформирования министерства обороны показывает, что для адекватного принятия решений на стратегическом уровне необходима организационная перестройка центрального аппарата военного ведомства, в рамках которой должна быть создана новая структура, отвечающая за разработку методических и технологических стандартов принятия решений как формальным (рациональным), так и неформальным (интуитивным) способом.

Специалисты корпорации РЭНД провели исследование по данной проблеме2, в рамках которого анализировались разные по своей природе стили принятия решений: рациональный и интуитивный. Установлено, что способ принятия решения зависит от множества условий. Одним из ключевых условий являются обстоятельства, в которых приходится действовать лицу, ответственному за это.

Так, интуитивный стиль принятия решений превалирует в следующих случаях:
- Если существуют жесткие ограничения по времени. В чрезвычайных ситуациях, во время боя даже короткие задержки, необходимые для принятия решения с помощью формального подхода, могут привести к драматическим последствиям.
- Когда оперативная обстановка динамична, а цели неоднозначны. Если ситуация быстро меняется, то разумно сосредоточиться на первом подходящем решении, которое может быть найдено достаточно быстро. В дальнейшем можно переосмыслить ситуацию и при необходимости выработать новое решение.
-Если имеется достаточный опыт. Поскольку интуитивное решение основывается на способности сопоставлять создавшуюся и ранее встречавшиеся ситуации, можно предположить, что чем больше опыта, тем с большей эффективностью может использоваться интуитивный стиль принятия решений.
- Когда размах проблемы позволяет смоделировать ее в уме. Интуитивное принятие решения подразумевает возможность охватить проблему целиком и проанализировать по принципу «Что, если ...». Такой анализ может проводиться для широкого круга проблем, причем довольно сложных. Уместно привести результаты одного исследования3, согласно которому командиры крейсеров УРО типа «Тикондерога» с системой управления вооружением «Иджис» в процессе учебно-боевой деятельности в 95 проц. случаев используют интуитивный стиль принятия решений.

Напротив, формальный стиль принятия решений применяется в следующих случаях:
- Если отсутствуют жесткие временные ограничения. Принятие решения с помощью формальных процедур занимает гораздо больше времени в отличие
от интуитивного. Представляется целесообразным, что с увеличением располагаемого для принятия решения времени, вероятность использования рационального подхода будет увеличиваться.
- Когда оперативная обстановка достаточно стабильна, цели точно определены. Если ситуация сохраняется стабильной в течение достаточно длительного периода, то для нахождения оптимального решения проблемы может использоваться формализованный подход.
- При отсутствии соответствующего опыта. Если лица, принимающие решения, не имеют достаточного для данной ситуации опыта, они должны (как правило, так и делается) воспользоваться стандартной схемой принятия решений, последовательно проходя этапы формулировки проблемы, определения варианта, анализа и окончательного выбора решения.
- Если проблема слишком сложна. Возможности человека достаточно ограничены с точки зрения осмысления многопараметрических проблем. Поэтому многофакторность проблемы может не позволить осмыслить ситуацию целиком. В этом случае качество принятого решения резко ухудшается.

Формализованный и интуитивный стили представляют собой противоположные полюса в спектре многочисленных систем и моделей принятия решений. На практике в большинстве случаев они принимаются путем комбинации этих двух подходов. Например, интуиция часто используется при выработке возможных решений проблемы, которые потом будут детально проанализированы с помощью рационального формализованного подхода. Формальные методы так же часто используются для подтверждения и проверки первоначальных интуитивных предположений.

Развитие системы поддержки принятия решений в рамках оборонного ведомства США происходило и происходит в настоящее время на фоне внедрения концепции «объединенности». Раньше следствием этого было ограничение полномочий министров видов вооруженных сил, чьи ведомственные корпоративные интересы являлись контрпродуктивными при принятии стратегических решений, требующих интеграции действий. Сейчас интеграция имеет место при межведомственном и коалиционном взаимодействии. В любом случае необходима разработка более широких, прозрачных и объективных критериев принятия решений. В 1962 году это привело к созданию системы планирования, программирования и разработки бюджета. Претерпев ряд изменений и доработок, формализованный процесс принятия решений в области строительства вооруженных сил сохранился до настоящего времени (с 2003 года система носит наименование ППРИБ - планирование, программирование, разработка и исполнение бюджета). Причин этому несколько:
- Во-первых, непохожесть военных конфликтов препятствует интуитивному принятию решений в рамках оперативной и боевой подготовки (в противоположность принятию решений непосредственно в бою). Нет достаточной экспериментальной базы, для того чтобы принимать интуитивные решения о том, какие инвестиции приведут к оптимальной интеграции возможностей ведения боевых действий.
-Во-вторых, объективная оценка соответствия создаваемого военного потенциала угрозам, исходящим от возможных противников в условиях мирного и военного времени, требует четкого обоснования на основе рациональных подходов с широким применением различных систем ранжирования и придания весовых коэффициентов.
- В-третьих, многие проблемы, возникающие в процессе планирования, настолько сложны, что их практически невозможно решить только с помощью одной интуиции. Все в большей степени концепция ведения объединенных боевых действий применяется при решении задач управления и контроля, противоракетной обороны и тылового обеспечения.
- В-четвертых, обычно имеется достаточно времени, чтобы задействовать рациональную схему принятия решений в полной мере. Даже при том что обстановка становится все более динамичной, могут быть сделаны прогнозы ее развития на длительную перспективу с периодическим обновлением для корректировки оперативных планов с целью соответствия создаваемой ситуации. Никакие мгновенные решения, основанные только на интуиции, обычно не требуются, несмотря на то что периодически возникают неожиданные кризисы.

Таким образом, американский опыт разработки, внедрения и функционирования формализованной поддержки принятия стратегических решений по вопросам планирования и распределения ресурсов требует соблюдения следующих условий: цели определены; внешние и внутренние ограничения и условия установлены; альтернативные пути и средства достижения целей проанализированы; многочисленные ожидаемые и возможные непреднамеренные последствия рассмотрены.

Еще одним характерным примером формализованной системы принятия решений является объединенная система оперативного планирования и исполнения (ОСОПИ), которая представляет собой «совокупность процедур подготовки, согласования и утверждения различных оперативных планов, принятия решения на боевое применение, доведения оперативных директив и контроля исполнения»4.

Вместе с тем эксперты отмечают, что функционирование формализованных систем принятия решений на практике осуществляется нерационально.

На сегодняшний день принятие стратегических решений в рамках министерства обороны США представляет собой восходящий последовательный процесс прохождения иерархической структуры командных инстанций, начиная от объединенных командований, ОШ КНШ и заканчивая управлениями центрального аппарата МО и непосредственно министром. При этом каждый уровень иерархии представляет собой структуру относительно узких специализированных направлений (политика, разведка, анализ программ, приобретение, формирование и исполнение бюджета), которые, в свою очередь, делятся на подразделения, а те специализируются по еще более узким вопросам. Вместе с тем высшему военному руководству для принятия решений необходимы интегральные оценки проблемы и варианты ее решения. Однако получению таких обобщенных оценок препятствуют бюрократические процедуры, а также корпоративные интересы различных ведомств.

Отсутствие четкой координации в процессе выработки интегрированных решений вынуждает руководителей различных ведомств доводить свои мнения непосредственно до высшего руководства, принимающего решения, либо напрямую, либо путем организованной утечки информации в СМИ. В любом случае это приводит к поступлению в адрес высшего руководства множества порой противоречивых рекомендаций и оценок, которые интуитивно могут выглядеть правильными или даже необходимыми для выполнения, но отсутствие соответствующих юридических норм делает их нелегитимными, а в методологическом плане возникают трудности с аргументацией в пользу того или иного решения.

Принципиальная структура предполагаемого для создания управления поддержки принятия решений

В качестве примера можно привести слова бывшего председателя КНШ К. Пауэлла, заявившего: «Единственная цель моего аппарата в 1 500 человек состояла в том, чтобы сохранять от меня столько информации, сколько возможно, давая мне только то, что он (аппарат) хочет, а не то, в чем я нуждаюсь»5.

Таким образом, специалисты военного ведомства США сходятся во мнении, что в рамках принятия стратегических решений на законодательном и методологическом уровне должна быть заложена возможность применения элементов интуитивного анализа в процессе интегрированной оценки множества факторов и альтернатив. С другой стороны, должен широко использоваться инструментарий автоматизированных средств поддержки принятия решений. Практически это означает, что есть два критических элемента, необходимых для эффективного их принятия в Пентагоне: четкий, прозрачный и хорошо скоординированный формализованный анализ в рамках поддержки принятия решений и возможность задействования личной интуиции.

Для интегрированного применения этих схем принятия решений предполагается создать централизованное управление поддержки принятия решений (Decision Support Cell - DSC6).

Планируется, что управление войдет в состав аппарата министра обороны. Основной его функцией будет разработка руководящих документов по организации процесса принятия стратегических решений на уровне главы МО и его советников, а также норм и правил организации сотрудничества в рамках этого процесса других организаций.

Реализация этой функции, как полагают эксперты, заключается в решении трех задач, которые возлагаются на новую систему поддержки принятия решений:
-Во-первых, необходимо обеспечить концентрацию внимания высшего военного руководства на стратегических проблемах, получение им комплексных аналитических оценок по этим проблемам, а также необходимое взаимодействие с подчиненными организациями.
-Во-вторых, требуется улучшить качество принятия решений с помощью формализованных систем планирования путем применения аналитического инструментария оценки альтернатив.
- В-третьих, нужно создать инструмент, позволяющий высшему военному руководству использовать интуитивную схему принятия решений на основе ретроспективных знаний, оперативного проигрывания, моделирования и имитации.
Управление может выполнять эти задачи со штатным расписанием в 35-50 сотрудников как из министерства обороны, так и из других ведомств. Структурно DSC будет состоять из трех групп (одна из них - нештатная и привлекается только в случае необходимости). Его руководство организует взаимодействие сотрудников управления с многочисленными экспертами МО США в рамках оказания комплексной поддержки принятия решений командованием. В своей деятельности DSC должно руководствоваться исключительно стратегическими планами главы Пентагона и предлагать наиболее оптимальные способы реализации этих стратегических замыслов. Планируется, что руководитель управления будет назначаться по рекомендации министра путем четкой государственной процедуры и наделяться властными полномочиями для решения поставленных задач.

Средства моделирования, имитации и анализа. Другой характерной особенностью информационно-аналитического обеспечения строительства и применения ВС США является широкое использование инструментария моделирования и имитации.

С начала 2000-х годов военное руководство США выделило средства имитации и моделирования строительства и планирования применения вооруженных сил в число приоритетных технологий при формировании военно-технической политики. Их развитие призвано обеспечить научно-техническое и военное превосходство США над любым противником. В официальных документах компьютерное моделирование и имитация фигурируют в числе трех технологий (совместно с датчиками и информационными технологиями), финансированию которых будет отдаваться приоритет. Компьютерное моделирование и имитация входят также в число 19 технологических областей, развитию которых МО США придает особое значение из-за их ожидаемого вклада в совершенствование оперативной и боевой подготовки, процесса приобретения новых образцов ВВТ, а также выработки концепций боевого применения сил и средств, тактики и оперативного искусства.

В начале XXI века военно-политическое руководство США на основании оценок программ, осуществляемых в рамках МО, приняло решение об изменении системы управления и контроля процессом развития систем моделирования и имитации в военных целях, которое в 2007 году оформилось документально директивой министра обороны7. Вместо исполнительного совета по моделированию и имитации (DoD Executive Council for Modeling and Simulation - EXCIMS) создан комитет по регулированию в области моделирования и имитации (Modeling and Simulation Steering Committee - M&S SC), с более низким уровнем представительства, что, как ожидается, будет способствовать его более эффективной работе. В помощь комитету создана группа единого процесса моделирования и имитации (Modeling and Simulation Integrated Process team -M&SIPT). Исполнительным органом комитета является переименованный отдел по координации моделирования и имитации (Modeling and Simulation Coordination Office - M&S CO), ранее называвшийся отдел моделирования и имитации МО США (Defense Modeling and Simulation Office - DMSO).

На комитет возложена задача повышения эффективности расходования значительных ассигнований, выделяемых ежегодно для реализации проектов в сфере моделирования и имитации. При этом основными характеристиками создаваемых средств моделирования и имитации должны быть: возможность адаптации и повторного использования компонентов моделей, возможность взаимодействия друг с другом, эффективность, доступность для всех органов и подразделений министерства обороны, простота использования.

Следует отметить, что принципиальная схема управления моделированием и имитацией в рамках МО осталась прежней, что можно объяснить необходимостью координирующего взаимодействия при выполнении соответствующих мероприятий структурными подразделениями Пентагона и видов ВС (видовые компоненты ВС, комитет начальников штабов, аппарат министерства обороны, объединенные командования).

Организация комитета построена исходя из необходимости координирования основных функциональных сообществ, широко использующих средства моделирования и имитации. В настоящее время выделяются шесть таких сообществ моделирования, функционально перекрывающих все аспекты строительства и применения ВС США8:
1. Приобретения ВВТ и технологий (Acquisition) - курируется заместителем министра обороны по приобретению, технологиям и тылу.
2. Анализа (Analysis) - находится в ведении начальника управления анализа и оценки программ МО, а также председателя комитета начальников штабов (ПКНШ).
3. Планирования (Planning) - курируется ПКНШ и заместителем министра обороны по вопросам политики.
4. Войсковых испытаний (Testing) - возлагается на начальника управления по проведению и оценке войсковых испытаний, а также заместителя министра обороны по приобретению, технологиям и тылу.
5. Обучения, оперативной и боевой подготовки (Training) - курируется замминистра обороны по личному составу и боеготовности.
6. Апробации новейших концепций (Experimentation) - находится в ведении начальника объединенного командования единых сил ВС США.

Наиболее перспективными имитационными системами, обладающими потенциалом моделирования новых стратегических концепций применения вооруженных сил, являются JWARS (Joint Warfare System), OOS (OneSAF Objective System) и WARSIM (Warfighter's Simulation). Следует отметить многоцелевой характер подобных моделей и имитационных систем, используемых помимо ОБП для анализа и оценки, планирования боевых действий и других функций.

Роль мозговых центров. Принятие решений в области обороны и безопасности - это прерогатива исключительно ВПР государства. Однако взгляды людей, принимающих ответственные решения, подвержены, как правило, определенному влиянию. В этих условиях в процессе принятия военно-политических решений значительно возрастает роль негосударственных аналитических организаций, занимающихся исследованием проблем обороны и безопасности.

Такое положение дел характерно в первую очередь для США, где существует обширная сеть негосударственных организаций, специализирующихся на исследованиях в области внешней и внутренней политики, национальной безопасности, социальных отношений, научно-технических разработок и т. д. По разным оценкам, число американских мозговых центров колеблется от 1 500 до 2 500.

Главным предназначением этих структур является глубокое изучение (в том числе в рамках государственного заказа с предоставлением соответствующего гранта) тех или иных актуальных проблем и выработка рекомендаций, которые могут учитываться американским ВПР при принятии практических решений.

Одной из особенностей мозговых центров является их позиционирование между академическими и правительственными организациями. Они располагают большими временными и иными ресурсами для более полной и глубокой проработки проблемы по сравнению с правительственными структурами, а результаты их работы имеют в большей степени практическую направленность в отличие от научных организаций. Можно сказать, что мозговые центры представляют собой связующее звено между теоретическими идеями и практической деятельностью по их реализации.

Среди наиболее авторитетных в области обороны и безопасности научно-исследовательских организаций США можно выделить следующие: Американский институт предпринимательства (American Enterprise Institute), Совет по международным отношениям (Council on Foreign Relations), Центр стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies), Брукингский институт (Brookings Institution), "корпорацию «Рэнд», «Джеймстаун фаундейшн» (Jamestown Foundation), Потомакский институт политических исследований (Potomac Institute for Policy Studies), организация «Представители бизнеса за национальную безопасность» (Business Executive for National Security) и ряд других.

В зависимости от внутриполитической конъюнктуры наблюдается определенное «перераспределение» влияния «мозговых центров». Так, с приходом к власти администрации Буша-младшего значительно усилилось влияние неоконсервативных исследовательских организаций, таких как «Проект нового американского столетия» (Project for the New American Century), Институт перспективных стратегических и политических исследований (Institute for Advanced Strategic and Political Studies), Еврейский институт проблем национальной безопасности (Jewish Institute for National Security Affairs) и ряд других. С этими организациями аффилированы многие члены недавно ушедшей со сцены администрации Буша-младшего.

Наоборот, выбор президентом США Б. Обамы от демократической партии привел к заметному усилению влияния связанных с ней «мозговых центров», среди которых можно отметить Центр стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies), Брукинг-ский институт (Brookings Institution), Фонд Карнеги за международный мир (The Carnegie Endowment for International Peace) и ряд других. Смена советников и консультантов высшего политического руководства приводит к корректировке приоритетов во внешней и внутренней политике Соединенных Штатов. Так, в настоящее время представляет интерес анализ последних трудов советника по вопросам национальной безопасности при президенте Картере
(1977-1981), а ныне консультанта Центра стратегических и международных исследований Збигнева Бжезинского, который апробирует в общественном мнении идею построения двухполюсного мира на основе модели США - Китай. Реализация такого проекта несет непосредственную угрозу жизненно важным интересам России ввиду возможности, в случае его реализации, получения Пекином согласия Вашингтона на освоение «азиатской» части РФ.

В целом следует констатировать, что на сегодняшний день американские негосударственные «мозговые центры» прочно заняли нишу в процессе принятия военно-политических решений по вопросам обороны и безопасности. Позиционирование таких структур на начальном этапе разработки новых геополитических проектов, возможные последствия их реализации, а также частный негосударственный характер этих организаций диктуют необходимость их более глубокого изучения с целью понимания реальной политики Белого дома в области обороны и безопасности.

Таким образом, информационно-аналитическое обеспечение военного строительства и планирования применения вооруженных сил США представляет собой многоаспектную комплексную систему организационных, методических, технических и юридических составляющих, влияющих на процесс принятия стратегических решений высшим военным руководством. Реформирование этого процесса приведет, по-видимому, к созданию новой организационной структуры в рамках аппарата министра обороны - управлению поддержки принятия решений. Развитие информационных технологий, а также новых концепций применения вооруженных сил обусловливают совершенствование инструментальной базы поддержки принятия решений в области военного строительства и применения ВС Важной составляющей информационно-аналитического обеспечения военного руководства является совокупность многочисленных экспертных организаций (мозговых центров), привлекаемых к анализу проблем строительства и планирования задействования вооруженных сил. Анализ указанных аспектов необходим при комплексном исследовании военного потенциала США.

1 Quaredrennial Defense Review Report, DoD, 2006.

2 Theory and Methods for Supporting High Level Military Decisionmaking, Paul K. Davis, James P. Kahan, RAND, Project Air Force, 2007.

3 The Power of Intuition: How to Use Your Gut Feelings to Make Better Decisions at Work, Gary Klein, New York: Currency Book, 2004.

4. Наставление КНШ ВС США JP 5-0 «Планирование объединенных операций» (Joint Publication 5-0 Doctrine for Joint Operation Planning).

5 Follow the Leader, Context Magazine, interview with Colin S. Powell.

6 Christopher J. Lamb, Irving Lachow. Reforming Pentagon Strategic Decisionmaking. Strategic Forum. Institute for National Strategic Studies National Defense University. No. 221, 2006.

7 DoD Directive 5000.59, «DoD Modeling and Simulation (M&S) Management» 2007.

8 F. Hartman, Deputy Director, Readiness and Training, OSD. «New Modeling and Simulation Coordination and Management Structure», Congressional Leadership Summit, 2007.

Зарубежное военное обозрение №9 2009 С.10-17

Категория: Общевойсковые вопросы | Добавил: pentagonus (27.10.2009) | Автор: Подполковник С. Чеснаков

Просмотров: 6689 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0

avatar


Copyright MyCorp © 2016

Рейтинг Военных Ресурсов