Главная Pentagonus Регистрация

Вход




Приветствую Вас Гость | RSS Четверг, 08.12.2016, 21:10
Ключевые слова
конгресс, Н. Рогова

Ключевой партнёр
Академия военных наук РФ
Академия военных наук РФ

Категории каталога
История [16]
Политика [83]
US и мир [60]
Культура [7]

Поиск


Наш опрос
Who is more wise President of the United States?
Всего ответов: 406
Статистика

Rambler's Top100

Онлайн всего: 6
Гостей: 6
Пользователей: 0

Top secret


Translate.Ru PROMT©
Главная » Статьи » Union States » Политика

Конгресс и некоторые проблемы военной политики США (2009)

Конгресс и некоторые проблемы военной политики США

Рогова Н.В., старший научный сотрудник Института США и Канады РАН.

Со времени объявленной Рональдом Рейганом в 1983 г. программы «звездных войн» территориальная противоракетная оборона стала для республиканцев одним из главных приоритетов, идеологическим кредо, своего рода знаменем, вокруг которого они объединялись в борьбе за восстановление абсолютной безопасности США. Для чего надо было покончить со стратегическим паритетом. Республиканцы в Конгрессе последовательно поддерживали увеличение ассигнований на эти цели и выступали за выход США из Договора по ПРО, что и было сделано в 2002 г. администрацией Джорджа Буша-младшего.

Демократическая партия противостояла республиканцам и поддерживала Договор по ПРО. В 1980-е гг. демократы, обладавшие большинством в обеих палатах Конгресса, смогли предотвратить выход США из Договора и в значительной степени сократили бюджетные расходы на эти цели. При администрации Билла Клинтона США сократили финансирование ПРО и ограничили ее цели проведением НИОКР по тактической противоракетной обороне (ПРО на ТВД). Однако в конце 1990-х гг. Белый дом принял решение о развертывании базы ракет-перехватчиков на Аляске и предложил внести существенные поправки в Договор по ПРО. Эта позиция вызвала критику со стороны меньшинства в Конгрессе, которое составляли либеральные демократы, но в целом получила двухпартийную поддержку на Капитолийском холме.

При администрации Буша разработка эшелонированной противоракетной обороны, включая системы наземного, морского, воздушного и космического базирования, стала наиболее крупным сегментом расходов Пентагона на военные НИОКР. В 2004 г. началось развертывание стратегических ракет-перехватчиков GBI (Ground-Based Interceptor) в двух позиционных районах на Аляске и в Калифорнии. В 2008 г. там были развернуты 30 ракет, а к 2011 г. намечено развернуть 44 ракеты. Было также принято решение о развертывании третьего позиционного района ПРО с десятью ракетами-перехватчиками GBI за пределами территории США – в Восточной Европе. Кроме того, продолжались закупки систем тактической ПРО наземного базирования Patriot/РАС-3(Patriot Advanced Capability) и началось развертывание системы морского базирования Aegis(Aegis combat system) на крейсерах и эсминцах ВМС.

После выхода США из Договора по ПРО Конгресс, обе палаты которого до 2007 г. находились под контролем Республиканской партии, поддержал значительное – примерно в два с половиной раза – увеличение ассигнований на ПРО. Однако по некоторым вопросам, связанным, в частности, с ассигнованием на космические системы ПРО, бюджетные запросы администрации подвергались определенной корректировке. При этом обычно не затрагивались политические вопросы, а подвергались сокращению отдельные программы ПРО (как технически несовершенные или слишком дорогостоящие).

В 2006 г., после победы демократов на выборах в Конгресс, обсуждение вопросов ПРО на Капитолийском холме вновь активизировалось. Поскольку в Сенате превосходство Демократической партии оказалось незначительным, что связано, прежде всего, с позицией сенатора Джона Либермана (John Lieberman), основная борьба по этим вопросам развернулась в Палате Представителей, где либеральные конгрессмены возглавили некоторые ключевые комитеты и подкомитеты. Так, Элен Таушер (Ellen Tauscher) стала председателем Подкомитета по стратегическим силам в Комитете по делам вооруженных сил, а Джон Тайерни (JohnTierney) возглавил Подкомитет по национальной безопасности и международным делам в Комитете по надзору и правительственной реформе.

На слушания в Конгресс приглашались видные эксперты, критиковавшие политику администрации Буша, в том числе бывший министр обороны Уильям Перри (William Perry), известныtученые-физики Сидней Дрелл (SidneyDrell), Ричард Гарвин (Richard Garwin), Лисбет Гронлунд (Lisbeth Gronlund), специалист по вопросам контроля над вооружениями Джозеф Сиринсионе (Joseph Cirincione), бывший заместитель министра обороны по вопросам испытаний и оценок Филипп Койл (Philip Coyle). Например, на слушаниях 16 апреля 2008 г. в Подкомитете по национальной безопасности и международным делам Комитета по надзору и правительственной реформе Ф. Койл призывал Вашингтон отказаться от развертывания третьего позиционного района и воспользоваться предложением России о сотрудничестве, включая использование РЛС в Габале. На слушаниях 30 апреля Дж. Сиринсионе (входивший в группу советников Барака Обамы во время избирательной кампании) предложил ликвидировать Агентство по ПРО и передать НИОКР по этой тематике вооруженным силам.

В центре обсуждения оказались вопросы, связанные с третьим позиционным районом ПРО, включающим размещение РЛС FBX (Forward X-Band Radar) на территории Чешской республики (ранее этот радар использовался для испытаний ПРО на острове Кваджелейн в Тихом океане), транспортируемый радар, месторасположение которого не было названо, а также 10 ракет-перехватчиков GBIв шахтных пусковых установках на территории Польши. Формально эти системы предназначены для перехвата иранских баллистических ракет.

Столкнувшись с критикой плана третьего позиционного района со стороны Конгресса, а также ряда союзников США по НАТО, администрация Буша отказалась от намерения разместить в Польше трехступенчатые перехватчики GBI, заменив их на двухступенчатые перехватчики, которые могут защитить часть европейских государств от ракет средней дальности. Согласно планам Пентагона, третий позиционный район должен быть развернут к 2013 г. Общая стоимость этой программы должна составить 4 млрд. долл.

В 2007 г. по инициативе Элен Таушер Конгресс подверг жесткой критике запрос администрации на 310 млн. долл. для финансирования строительства базы, потребовав заключения официальных соглашений с Польшей и Чехией, проведения независимых исследований альтернативного третьего позиционного района, а также официального заключения Пентагона о полной готовности к применению новой двухступенчатой ракеты-перехватчика.

Следует отметить, что испытания трехступенчатой ракеты GBIоказались не слишком успешными, хотя и проводились в облегченных условиях, – 7 перехватов из 13 попыток. Поэтому ряд экспертов выражает сомнения в том, что после снятия одной ступени новая двухступенчатая ракета окажется более надежной.

Комитет по делам вооруженных сил Палаты представителей выделил 42 млн. долл. на закупку 10 трехступенчатых ракет-перехватчиков GBI, предусмотрев возможность их размещения на Аляске, а не в Польше. Сенатский Комитет по делам вооруженных сил согласился частично профинансировать строительство шахтных пусковых установок в Польше на сумму в 85 млн. долл. Однако согласительная комиссия эти ассигнования аннулировала, одобрила версию Палаты представителей и потребовала согласовать третий позиционный район с НАТО.

Элен Таушер также предложила рассмотреть возможность замены стратегических перехватчиков GBI на комбинацию тактических перехватчиков Patriot/PAC-3, систем ПРО на ТВД THAAD(Theater High Altitude Area Defense) и систем морского базирования Aegis.

13 ноября 2007 г. президент Буш подписал Закон об ассигнованиях на оборону на 2008 фин. г., предусматривавший выделение 225 млн. долл. на проведение исследовательских работ по размещению ПРО в Восточной Европе.

Под давлением Конгресса Пентагон в начале 2008 г. изменил программу испытаний и развертывания ПРО, которая теперь предусматривает 5 компонентов:
1. защиту территории США от ограниченной угрозы со стороны северокорейских межконтинентальных ракет;
2. защиту союзников и войск США на ТВД от угрозы со стороны северокорейских ракет малой и средней дальности;
3. расширение защиты территории США от ограниченной угрозы со стороны иранских межконтинентальных ракет;
4. защиту союзников и войск США в Европе от ограниченной угрозы со стороны иранских ракет и расширение защиты территории США;
5. расширение защиты союзников и войск США на двух ТВД от угрозы со стороны ракет малой и средней дальности.

В своем запросе на 2009 фин. г. администрация Буша предусмотрела выделение на третий позиционный район 712 млн. долл. – в два с лишним раза больше, чем в 2008 фин. г.

Саммит НАТО в Бухаресте (23 апреля 2008 г.) выразил поддержку проекту американской ПРО и высказался за ее увязку с будущей архитектурой ПРО Североатлантического альянса. Таким образом было снято одно из возражений, которое выдвигалось Конгрессом против третьего позиционного района.

3 апреля 2008 г. Комитет по делам вооруженных сил Сената одобрил Законопроект об ассигнованиях на оборону (S. 3001) и предложенное финансирование третьего позиционного района. Однако средства на строительство будут выделены только после ратификации соответствующих соглашений парламентами Польши и Чехии и получения независимых оценок альтернативного развертывания ПРО.

На заседании Комитета по делам вооруженных сил Палаты представителей 7 мая 2008 г. Элен Таушер заявила, что программы ПРО должны быть нацелены на существующие в настоящее время угрозы, и предложила отложить разработку технически незрелых систем, предназначенных для отражения угроз, которые могут возникнуть в отдаленном будущем.

14 мая 2008 г. Комитет по делам вооруженных сил Палаты представителей одобрил проект Закона об ассигнованиях на оборону (H.R. 5658) в урезанном виде, сократив запрос администрации на третий позиционный район на 371 млн. долл. (231 млн. долл. на НИОКР и 140 млн. на строительство). Главным аргументом в пользу сокращений была необходимость завершения разработки и проведения испытаний новой ракеты-перехватчика для размещения в Польше.

8 июля 2008 г. США и Чехия подписали соглашение о строительстве РЛС. 20 августа 2008 г., после завершения российско-грузинской войны, США и Польша подписали соглашение по ПРО. Администрация Буша согласилась предоставить дополнительные гарантии безопасности Польши и разместить на ее территории помимо стратегических перехватчиков GBI также 96 тактических перехватчиков Patriot/PAC-3. Как считают многие американские эксперты, системы Patriot/PAC-3 не могут быть использованы против иранских ракет. Их предназначение – защита от российских ракет типа «Искандер».

В интересах ПРО в Европе США планируют задействовать системы морского базирования Aegis, которые размещены на 3 крейсерах типа «Тикандерога» (Tikanderoga) и 15 эсминцах типа «Эрли Берк» (Arleigh Burke). Эта программа была начата в 1990-е гг. и предусматривает заатмосферный перехват баллистических ракет любой дальности. В 2002–2008 гг. было проведено 15 испытаний систем Aegis, 13 из которых оказались успешными, – это наиболее высокий показатель среди всех систем ПРО, которые создает Пентагон. 20 февраля 2008 г. перехватчик Aegis был использован для уничтожения вышедшего из строя американского разведывательного спутника, то есть испытан в качестве противоспутникового оружия.

В июне 2007 г. конгрессмен-республиканец Дункан Хантер (DuncanHunter), бывший председатель Комитета по делам вооруженных сил Палаты представителей, предложил дополнить третий позиционный район системами морского базирования Aegis, разместив оснащенные этими системами американские корабли в Черном море – в портах Украины, России или Турции. По утверждению генерала Генри Оберинга (Henry Obering), директора Агентства по ПРО, для перехвата иранских ракет малой и средней дальности потребуются десятки таких кораблей.

Из 18 кораблей, оснащенных системами Aegis, 16 размещены на Тихом океане и только два – на Атлантическом. В 2007 г. ВМС выступили за существенное увеличение ПРО морского базирования. В начале 2008 г. было принято решение оснастить этими системами 84 корабля (22 крейсера и 62 эсминца). Это позволит значительно увеличить американскую группировку ПРО в Средиземном море для перехвата иранских ракет средней дальности.

Развертывание систем Aegis началось в 2004 г. Планы Пентагона предусматривают закупку для систем Aegis к 2013 г. 143 ракет-перехватчиков SM-3 (блок 1А и 1B), в том числе 34 ракеты до конца 2008 г. Рассматривается возможность увеличения закупок до 249 ракет-перехватчиков к 2016 г.

Разрабатываются также планы установки на перехватчиках SM-3 кассетных боеголовок типа MKV(Multiple Kill Vehicle). Эти планы не были поддержаны Конгрессом.

В июле 2008 г. в прессе сообщалось, что американские корабли, оснащенные системами Aegis, будут размещены в Средиземном море для защиты РЛС в Чехии от иранских ракет средней дальности.

На брифинге Агентства по ПРО 13 августа 2008 г. отмечалось, что альтернативным вариантом для ПРО в Европе является развертывание систем Aegis, оснащенных к 2013 г. ракетами SM-3 блок 1Bдля перехвата ракет малой и средней дальности, а к 2015 г. – ракетами SM-3 блок 2А для перехвата ракет средней и межконтинентальной дальности. Стоимость закупки этих систем превысит стоимость систем наземного базирования, но жизненный цикл систем Aegis более продолжителен.

Сенатский комитет по делам вооруженных сил 12 мая 2008 г. увеличил расходы на закупку ракет-перехватчиков SM-3 на 77 млн. долл. Комитет по делам вооруженных сил Палаты представителей 16 мая 2008 г. поддержал выделение 111 млн. долл. на дополнительную закупку ракет-перехватчиков SM-3.

Предусматривается также продаж систем Aegis ряду государств-союзников США. Первая сделка была осуществлена с Японией, которая оснастила этими системами 6 эсминцев. Кроме того, намечена продажа систем Aegis Южной Корее (3 эсминца) и Австралии (3 эсминца). Это, вместе с системами Patriot/PAC-3, укрепляет группировку ПРО на Тихом океане. В Европе США осуществляют поставки Aegis Испании (6 фрегатов) и Норвегии (5 фрегатов). Рассматриваются также возможности поставок Великобритании, Германии и Нидерландам.

В ближайшие годы должно начаться развертывание системы ПРО наземного базирования THAAD. По планам Пентагона должны быть закуплены 96 ракет-перехватчиков THAAD, предназначенных для перехвата ракет средней дальности. В настоящее время не планируется постоянное развертывание этих систем за пределами США, однако в дальнейшем эти системы могут быть развернуты, в частности, в третьем позиционном районе.

США также планируют продать системы THAADОбъединенным Арабским Эмиратам, что, как предполагается, обеспечит ПРО в Персидском заливе (вместе с американскими системами Patriot/PAC-3 и Aegis). Стоимость этой сделки составляет 7 млрд. долл. Администрация обязана официально известить об этой продаже Конгресс, который в течение 30 дней может отвергнуть эту сделку (что происходит крайне редко).

По сообщениям печати, передвижная РЛС, входящая в третий позиционный район, в сентябре 2008 г. была размещена в Израиле, в пустыне Негев. Этот находящийся под контролем армии США радар, судя по всему аналогичный передвижным радарам в Японии и на Аляске, будет работать в интересах как израильской, так и американской ПРО.

По утверждению директора Агентства по ПРО генерала Генри Оберинга, с 1983 по 2008 г. США израсходовали на программы ПРО 115 млрд. долл., из них 64 млрд. долл. были использованы на финансирование «стратегических» систем, а 48 млрд. долл. – на ПРО от ракет малой и средней дальности. На следующие 5 лет Пентагон планирует истратить на ПРО еще 62,5 млрд. долл.

Деятельность Агентства по ПРО была подвергнута резкой критике в докладе независимых экспертов, подготовленном по требованию Конгресса и зафиксированном в разделе 222 Закона об ассигнованиях на оборону на 2008 фин. г. Комиссия, которую возглавил отставной генерал ВВС Лари Уэлш (Larry Welch), пришла к выводу, что Агентство действует в отрыве от видов вооруженных сил, в результате передача в войска вновь созданных систем может надолго затянуться и для видов вооруженных сил ПРО может оказаться ненужной обузой[1].

Схожие соображения высказаны в докладе Управления государственной отчетности (ранее – Главное счетное управление), представленном Подкомитету по стратегическим силам Комитета по вооруженным силам Палаты представителей в сентябре 2008 г. В этом докладе также отмечается, что виды вооруженных сил не готовы включать финансирование «своих» систем ПРО в ежегодные бюджетные запросы[2].

Конгресс урезал расходы на ПРО по сравнению с запросом администрации на 2009 фин. г. на 320 млн. долл. При этом примерно на треть были сокращены ассигнования на третий позиционный район, а также установлен запрет на закупки и строительство до ратификации соглашений о ПРО парламентами Чехии и Польши (парламенты этих стран испытывали трудности с процессом утверждения вызвавших неоднозначную внутриполитическую реакцию соглашений). Кроме того, Пентагон должен будет представить сертификат об успешном проведении испытаний двухступенчатой ракеты GBI, которые, как пока предполагается, должны состояться в 2009–2010 гг.

Конгресс отказался выделить средства на закупку второго самолета «Боинг-747» для установки химического лазера для перехвата ракет на разгонном участке, потребовав также от министра обороны предоставить доклад о целесообразности продолжения работ по созданию лазерной системы ПРО воздушного базирования. В то же время Национальной академии наук поручается провести исследование об альтернативных системах перехвата ракет на разгонном участке.

Конгресс сократил на 70 млн. долл. запрос на программу кассетной боеголовки MKVдля ракет-перехватчиков и отказал в выделении 10 млн. долл. на проведение испытаний с орбитальными перехватчиками в космосе. Вместо этого были ассигнованы 5 млн. долл. на проведение исследований в этом направлении. Конгресс также сократил на 32,8 млн. долл. расходы на создание группировки спутников, используемых в интересах противоракетной обороны. Вместе с тем, были увеличены расходы на системы Aegis и THAAD.

Закон об ассигнованиях требует, чтобы администрация к 31 января 2010 г. представила доклад о надежности испытаний предлагаемых к развертыванию систем.

Проблемы, связанные с финансированием и развертыванием ПРО, еще как минимум несколько лет будут оставаться одним из главных направлений деятельности Конгресса в военной сфере.

С точки зрения перспектив деятельности Конгресса в области военной политики интересным было выступление председателя подкомитета по стратегическим силам Комитета по вооруженным силам Палаты Представителей Элен Таушер в Центре за американский прогресс сразу после ноябрьских выборов. (Этим центром руководит Джон Подеста, глава переходной команды президента Б. Обамы.) Темой выступления Таушер было состояние ядерной политики США. Именно по настоянию возглавляемого Таушер подкомитета в Закон о военном бюджете на 2008 г. было введено положение по образованию двухпартийной комиссии по анализу ядерной политики США под руководством Билла Перри (William Perry) и Джеймса Шлесингера (James Schlesinger). Рекомендации этой команды экспертов должны быть представлены Конгрессу к апрелю 2009 г. Таушер выразила надежду, что деятельность комиссии спровоцирует развитие активной общенациональной дискуссии по переоценке ядерной политики. Согласно этому же Закону администрация президента, теперь уже Б. Обамы, должна предоставить к декабрю 2009 г. новый Обзор ядерной политики. Предыдущий Обзор, на положениях которого в определенной степени основывалась военная политика президента Буша, был выполнен в конце 2001 г.

По мнению Таушер, администрация Буша вела в военной сфере опасную, дестабилизирующую политику. Для исправления положения необходимо, в частности, вернуться к рассмотрению двух международных договоров, которые не были ратифицированы американскими законодателями. Председатель подкомитета выступает за ратификацию Договора о всеобщем запрещении ядерных испытаний и возобновлении активных американо-российских переговоров для заключения нового договора взамен истекающего в декабре 2009 г. СНВ-1.

Выборы 2008 г. привели к власти президента-демократа Барака Обаму и одновременно значительно усилили демократическое большинство в обеих палатах Конгресса. В ходе избирательной кампании Обама, как и многие демократы в Конгрессе, утверждал, что готов поддерживать ПРО, «но только в том случае, если доказана ее эффективность и если она является частью интегрированного подхода, использующего весь набор инструментов политики нераспространения». Он заявил: «В качестве президента я должен убедиться, что противоракетная оборона, включая ПРО в Европе, успешно выполняет свои задачи и пользуется поддержкой наших союзников». Обама подверг критике «спешку» в развертывании ПРО, отметив, что наибольшая угроза исходит не от баллистических ракет «государств-изгоев», а от террористов, тайно перевозящих ядерные устройства через границу. «Мы тратим больше 10 млрд. долл. на ПРО, но слишком мало для обеспечения безопасности ядерных материалов в мире и укрепления безопасности наших границ. Мы должны сконцентрироваться на наиболее вероятных угрозах»[3].

Бывший сенатор Сэм Нанн (SamNunn), один из ведущих авторитетов демократической партии в области контроля над вооружениями, входящий в близкий круг избранного президента, как-то сказал: «Национальная противоракетная оборона становится в Соединенных Штатах теологией, а не технологией». Он постоянно критиковал администрацию Джорджа Буша за возрастание напряженности в отношениях с Россией. Нанн, как и ряд других демократов, считает, что Вашингтон и Москва должны вести переговоры о ядерном разоружении, а не терять время в перебранках по поводу ПРО. Вместе со своими единомышленниками он призывает избранного президента оценивать проект ПРО, не принимая во внимание яростную риторику, откуда бы она не раздавалась – из Москвы или со стороны республиканских ястребов.

Выбирая кандидатуру на пост вице-президента, сенатор Обама, по общему мнению, руководствовался необходимостью как-то компенсировать недостаток своего опыта во внешнеполитической и военной сфере. Сенатор Джозеф Байден, занявший пост вице-президента, был до этого председателем сенатского Комитета по иностранным делам и приобрел большой опыт в международной проблематике. Особо интересна позиция сенатора Байдена по ПРО, поскольку он всегда являлся последовательным противником республиканских планов в этой сфере. Байден твердо выступал против выхода США из Договора по ПРО и за сохранение его основных положений. Постоянным лейтмотивом выступлений сенатора, посвященных планам развертывания НПРО, были опасения, что эти проекты серьезно осложнят отношения Вашингтона с Россией, а это, в свою очередь, ослабит безопасность США. Можно также вспомнить и позицию будущего вице-президента по Договору о всеобщем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ). Сенатор Байден был, по существу, главным выразителем доводов сторонников ДВЗЯИ в сенате и наиболее последовательно отстаивал политику администрации Клинтона, добивавшейся ратификации этого договора.

В ходе избирательной кампании Байден заявил, что США не могут «позволить себе тратить триллион долларов на "звездные войны” и некоторые другие военные программы»[4]. Критическую позицию по отношению к политике администрации Буша по вопросам ПРО высказывала и сенатор Хиллари Клинтон.

Подобные взгляды пользуются поддержкой многих демократов в Конгрессе и достаточно широкой распространены в Демократической партии. Спикер Палаты представителей Нэнси Пелоси уже несколько лет назад решительно выступала в поддержку Договора по ПРО и голосовала против выделения средств на противоракетную оборону.

Перспективы развития системы ПРО при господстве демократов в Белом доме и Конгрессе надо оценивать в связи с перспективой развития или преодоления финансового кризиса. Законодатели в разгар экономических неурядиц вряд ли смогут выделять дополнительно несколько миллиардов долларов в год на развитие ПРО. Наследство, оставленное демократам президентом Бушем, делает практически невозможным осуществлять финансирование по принципу «и пушки и масло». Для претворения в жизнь обещанных в предвыборной кампании социальных программ демократы в Белом доме и на Капитолийском холме должны будут «ужать» менее важные, по их мнению, статьи федерального бюджета. Резкое увеличение государственного долга США из-за чрезвычайных расходов на спасение Уолл-стрит и необходимость новых финансовых стимулов для вывода американской экономики из кризиса впервые за многие годы создают перспективу замораживания бюджета Пентагона, что может отразиться и на ассигнованиях на противоракетную оборону. В частности, влиятельный конгрессмен Барни Франк (Barnett Frank), председатель Комитета по финансовым вопросам Палаты представителей, заявил, что США должны сократить военные расходы на 25%, если хотят «взять дефицит под контроль и избежать сокращения всех внутренних программ».

По мнению Джона Сиринсионе, в Конгрессе 20–25% республиканцев правого толка будут принимать в штыки любые инициативы президента Обамы по вопросам ядерной политики. По тем же оценкам, до 80% членов конгрессменов и сенаторов, демократы и часть умеренных республиканцев, поддержат шаги новой администрации по пересмотру ядерной политики. Сиринсионе, как и Элен Таушер, считает возможным ратификацию Договора о всеобщем запрещении ядерных испытаний во время первого срока администрации Обамы.

Республиканцы, оставаясь в меньшинстве на Капитолийском холме, несомненно будут продолжать яростную борьбу с теми законодателями, которые будут выражать намерения несколько сократить ту или иную форму поддержки ПРО. С точки зрения республиканцев, «демократы своими действиями в Конгрессе создают такое впечатление, будто американская поддержка Польше или стремящимся вступить в НАТО Украине и Грузии может быть предметом торга с Россией»[5]John Bolton), бывший заместитель госсекретаря по контролю за вооружениями, после телефонного разговора Барака Обамы с польским президентом Лехом Качиньским оценил позицию президента-демократа по ПРО как «слабую и двусмысленную» и предсказал, что она приведет «к ослаблению военных позиций США».. Именно через призму американо-российского противостояния правые рассматривают все, что связано с ПРО.

В оценке итогов краткой телефонной беседы между Качиньским и Обамой возникли существенные расхождения. Польская сторона посчитала, что новый американский президент будет продолжать «проект противоракетной обороны». Представители Обамы сразу же выступили с опровержением, заявив, что «избранный президент не давал обещаний по этому вопросу. Его позиция остается такой же, какой она была на протяжении всей кампании: он поддержит план развертывания системы противоракетной обороны, когда будет доказана работоспособность этой техники».

Правые республиканцы, чью позицию по контролю над вооружениями представляет Болтон, видят принципиальные различия между позициями по ПРО нынешнего и будущего президентов. «Освобождение Америки от устарелых пут и ограничений Договора по ПРО от 1972 г. справедливо считается одним из важнейших достижений президента Буша… Отход администрации Обамы от этого достижения, за что ратуют многие представители «сообщества» контроля над вооружениями, станет значительным шагом назад. Та позиция, которой он придерживался во время избирательной кампании (что система может быть развернута только после того, как «докажет» свою работоспособность), – это просто предлог для того, чтобы вообще не развертывать систему ПРО».

В течение 2008 г. демократы в Конгрессе в определенной степени продемонстрировали свои намерения, не осуществленные из-за недостаточности их большинства. В целом, противостояние в вопросах военной политики республиканской администрации, поддержанной республиканским меньшинством обеих палат, и демократического большинства (минимального в Сенате) заканчивалось возобладанием политики Белого дома, но при этом Конгресс часто отказывался финансировать отдельные запросы Пентагона. Главная битва двух ветвей власти разворачивалась вокруг войны в Ираке, вернее вокруг требования демократов установить ближайшую дату ее окончания.

Установление в январе 2009 г. однопартийного правления, когда Демократическая партия будет контролировать и исполнительную и законодательную власть, означает, что 111-й Конгресс будет действовать в сотрудничестве с Белым домом. При этом центральное место займут вопросы, связанные с мерами по выходу из финансово-экономического кризиса и с поэтапным сокращением военного присутствия США в Ираке. Можно ожидать, что Конгресс поддержит вероятные инициативы администрации Обамы: в сфере нераспространения ОМУ – ратификацию ДВЗЯИ, в области контроля над ядерными вооружениями в связи с истечением срока действия Договора СНВ-1 – новое юридически обязательное российско-американское соглашение.

Расходы на ПРО, вероятно, могут быть заморожены на нынешнем уровне и даже несколько сокращены. Может произойти и изменение приоритетов этой программы, как это произошло после прихода к власти Била Клинтона, отказавшегося в 1993 г. от провозглашенной Джорджем Бушем-старшим «Глобальной системы защиты».

В Вашингтоне понимают, что какие-либо новые договоренности с Россией о сокращении ядерных вооружений будут невозможны в случае реализации планов развертывания третьего позиционного района ПРО. Однако Белый дом и Конгресс вряд ли пойдут на формальный отказ от этого плана: демократы не хотят создавать впечатления, что уступают «давлению» Москвы. Но если Обама действительно выступит с серьезными инициативами по ядерному разоружению, то США придется искать компромисс с Россией. Видимо, решение о развертывании третьего позиционного района, в частности о строительстве базы ракет-перехватчиков в Польше, будет затягиваться под формальным предлогом необходимости успешного завершения испытаний новой двухступенчатой ракеты-перехватчика, что потребует не менее 2–3 лет. Кроме того, на планах развертывания ПРО в Восточной Европе также может отразиться готовность Обамы добиваться дипломатического решения ядерной проблемы Ирана и Северной Кореи и достижение соответствующих политических договоренностей, снимающих предлог для третьего позиционного района.

В этих условиях позиция Конгресса по ПРО будет в основном направлена на поддержку курса администрации Обамы. Можно полагать, что уже в феврале 2009 г., когда новая администрация внесет свои предложения по изменениям в бюджете на 2009 фин. г. (антикризисные финансовые стимулы), а также бюджетный запрос на 2010 фин. г., выявятся перспективы корректировки подхода США к ПРО.

[1] Study on the Mission, Roles, and Structure of the Missile Defense Agency. Institute for Defense Analyses. August 2008.

[2] Missile Defense: Actions needed to Improve Planning and Cost Estimates for Long-Term Support of Ballistic Missile Defense. Report to the Subcommittee on Strategic Forces, Committee on Armed Services, House of Representatives. GAO, September 2008.

[3] Arms Control Today 2008 Presidential Q&A: Democratic Nominee Barrack Obama. September 24, 2008.

[4] The Wall Street Journal. October 28, 2008.

[5] The Wall Street Journal. November 7, 2008.

интернет-издание «Россия-Америка в XXI веке №1 2009

Категория: Политика | Добавил: pentagonus (05.02.2012) | Автор: Рогова Н.В

Просмотров: 855 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0

avatar


Copyright MyCorp © 2016

Рейтинг Военных Ресурсов