Главная Pentagonus Регистрация

Вход




Приветствую Вас Гость | RSS Среда, 07.12.2016, 17:30
Ключевые слова
Подготовка, вступаем в армию США, Музыченко Игорь, наши в армии США

Ключевой партнёр
Академия военных наук РФ
Академия военных наук РФ

Категории каталога
Структура и организация [233]
Боевые операции [67]
Личный состав [122]
Вооружение [213]
Законы, Уставы [52]
Подготовка [150]
НИОКР [133]
Техническое обеспечение [200]
Форма, знаки различия, награды [20]
Кадры [14]
Информационное противоборство [78]
Тактика и стратегия [148]
ЗВО [1]
ТТХ [9]
ВУС [11]

Поиск


Наш опрос
The military tattoo
Всего ответов: 129
Статистика

Rambler's Top100

Онлайн всего: 9
Гостей: 9
Пользователей: 0

Top secret


Translate.Ru PROMT©
Главная » Статьи » Армия (Сухопутные войска) » Личный состав

Солдат (11-14)

   Назад в "Я хочу стать Soldier"

Солдат (11-14)

Музыченко Игорь

 

1-3 - Приезд в Америку

4-6 - Вступаем в Армию США

7-10 Попытка стать солдатом - раз

Глава 11

После трех месяцев нахождения в школе она мне успела осточертеть и я мечтал только об одном: поскорее из нее вырваться и попасть на бэйсик. Интересно, что в армии, на бэйсике есть песня, в припеве которой поется: Хочу домой! Ооо, скоро домой! Так вот, в школе ее переделали немного и теперь припев звучал: Хочу на бэйсик! Ооо, скоро на бэйсик! Это была самая любимая песня и там и тут, за тем исключением, что на бэйсике ее пели только за 2-3 недели до выпуска, а в школе ее пели постоянно, потому что каждую неделю кто-то заканчивал учиться и ехал в настоящую армию. Когда подошло мое время, я ее орал громче всех и получал от этого неимоверное удовольствие. Тогда бэйсик казался раем, так его представляли наши сержанты. Но... к заключительному разговорному тесту меня не подпускали по каким-то бюрократическим причинам и я опять воспользовался властью телефонного звонка. На этот раз позвонила моя мама и поинтересовалась у капитана, что происходит с ее чадом и каковы у этого чада успехи. В тот же день мне назначили тест, который я успешно сдал неделю спустя. Если кому интересно, состоял он из получасовой беседы с двумя преподавателями. Они задавали разные вопросы, ставили в разные ситуации, типа, ты в ресторане, надо расплачиваться, а у тебя украли бумажник. Твои действия? За этот тест оценки ставили по пятибальной системе. Я уже и не помню, что я получил, вроде 2/2, что было вполне достаточно для успешного завершения курса. 5/5 (понимание/речь) получают только люди как минимум с докторантурой по лингвистике за плечами. Лично я знаю только одного, да и тот немец и получил 5/5 за немецкий. Сдачей теста закончилось мое хождение в университеты. Больше я в классы не ходил, а готовился к отъезду в Алабаму, где мне предстояло провести следующие пять месяцев своей жизни.

18 февраля в 3 часа утра меня тихонько разбудил дежурный по комнате. Все еще спали сладким сном и на какую-то долю секунды я им даже позавидовал. Но это чувство очень быстро прошло, когда я окончательно проснулся и вспомнил, что это мое последнее утро в Техасе! Сегодня я буду в Алабаме. С одной стороны эта мысль, конечно, очень радовала, но с другой, вы понимаете, в этой школе я оставлял частицу своей жизни, своих первых американских (вернее, интернациональных) друзей и учителей. Короче говоря, было грустно..

Еще не рассвело, вещи уже были собраны, а впереди было еще полчаса ожидания. Можно было даже еще и поспать, но возбуждение было настолько велико, что я просто взял все свои мешки и пошел на улицу. Дрилл-сержант уже готовила машину для меня и еще двоих, которые тоже закончили изучать английский и спешили наконец стать настоящими солдатами. Вскоре нас посадили в вэн и мы поехали. Поехали прямо в парадных костюмах, хотя по идее, это запрещается из-за угрозы терорризма. Тем же маршрутом, по которому три месяца назад я ехал в противоположную сторону. Вокруг уже не было ничего военного, ни камуфляжа, ни хаммеров, ни самолетов, а главное, не было сержантов. Но чувство того, что я в армии не покидало и не давало расслабиться. Дрилл пожелала удачи, пожалa руки и уехала будить остальных. А мы остались в аэропорту Сан Антонио. Что я первым делом сделал? Правильно! Купил сигарет. Какое удовольствие было спокойно покурить, без оглядки через плечо. Я стоял на улице, до самолета было еще часа два, и курил. Смотрел на редких прохожих и пытался представить себе гражданскую жизнь. Вот какой-то бизнесмен, он в очень дорогом костюме, в одной руке дипломат, в другой - компьютер. Куда-то спешит. А недалеко стоит семья. Толстый папаша, толстая мамаша, двое шумных малышей. Одеты все в шорты и свободные футболки - едут отдыхать. Подъезжает длинный-длинный лимузин, из него выходит шофер, закуривает сигару, садится на капот и начинает осматривать окрестности - ждет хозяина. Потихоньку подходит время отлета. Я нахожу свой терминал, показываю билет и захожу в самолет. Место у меня, конечно, самое дешевое. В самом хвосте, не возле окна, а посередине. Очень неудобно и неприятно, особенно если рядом сидят толстый-толстый дядя, который все время полета что-то жует, а с другой стороны испанка с маленьким ребенком, которому все вокруг интересно, все надо проверить, крепко ли держится, не рвется ли и как реагирует сосед впереди, если его дернуть за волосы. Таким макаром прошел весь перелет и я высадился в Бирмингеме, штат Алабама. Дам краткую справку об этом ужасном месте. Алабама находится на юге США, между Джорджией и Миссиссиппи, на юге граничит с Флоридой и Мексиканским заливом. Это, чтобы вы представляли, где она находится. Все остальные характеристики можно описать одним словом: ЖАРКО! Дальше я еще опишу погоду и места, а пока вернусь в аэропорт. Он в Бирмингеме, по-моему, очень маленький, по крайней мере, если сравнить с другими. Чем-то напоминает автовокзал. В приказе у меня стояло: явиться в форт МакКлиллан. Где он находится, я не имел ни малейшего понятия. В фойе нашел контору по продаже билетов в любую точку мира. Говорю, как мне до места службы доехать? Надо ждать автобус, который довезет меня до Аннистона, в котором и находится мой форт. До отправления - 6 часов. Билет - 17 долларов. Делать нечего, достаю деньги, но билеты продавать еще не начали и я иду на улицу. Закурил, знакомлюсь с местными достопримечательностями, главная из которых - огромная многоэтажная парковка. Из рядом стоящего такси выходит мужик и спрашивает, куда мне надо добираться, как будто по мне не видно или в Алабаме 25 военных баз. Предлагает за 20 долларов довести до места назначения. Конечно, я с удовольствием соглашаюсь, все лучше, чем еще 6 часов шляться по аэропорту, а потом трястись в автобусе. Поехали. Я уж и не помню, как мы ехали, что было вокруг - скорее всего, ничего интересного. Доехали мы до Аннистона и остановились рядом с отелем. Это оказалась моя конечная остановка с этим "таксисто" (найти бы его и набить бы морду). Он мне наплел что-то про своего родственника, которого надо срочно забирать из госпиталя, выложил мои мешки на асфальт и уехал. Вместе с моей пилоткой. Потеря пилотки потом сказалась, но об этом позже. Итак, стою я in the middle of nowhere, т.е. в нигде. Куда идти? Ничего не понятно. Расстроился я тогда очень сильно. Но, делать нечего. Зашел в отель, упросил клерка вызвать мне такси до форта. Через десять минут приехала за мной машина. Куда едем? В форт. Куда именно, он большой. Понятия не имею - туда, куда едут все новобранцы. Водитель мой побурчал, но согласился. У него в машине стоял счетчик, так что цену я даже приблизительно не мог предположить.

Через 15 минут мы въехали в форт McClellan, место, где мне предстояло провести следующие 5 месяцев своей жизни. Все выглядело довольно интересно и уютно. Форт очень красивый, такое впечатление, что просто огородили кусок леса, провели дороги понаставили домиков. К сожалению, в прошлом году его закрыли и всех перевели в Leonardwood. Нам надо было найти пункт приема новобранцев. Поскольку форт довольно большой, ездили мы довольно долго и безрезультатно. И тут увидели дрилсержанта. Это был большой, черный, породистый дрилсержант. Его глаза прямо светились... Хм, чем же они светились? Короче, все, кто находился в 5-метровом радиусе от него, ощущали страх и власть. Большими шагами он шел вдоль дороги и весело что-то напевал. Мой водитель, последняя моя гражданская надежда и связь с внешним миром, подъехал к нему и спросил направление к нужному нам зданию, адреса которого я даже и не знал. Сержант, увидев меня, повеселел еще больше. Подошел к машине и говорит: Ну что, рядовой... взгляд на мою фамилию, которая почти и не умещалась на табличке. Вылезай из машины, я тебя отвезу. Делать нечего, под сочувственный взгляд таксиста я вылез, достал свои мешки и жду, что же дальше. Рассчитался. Оказалось, что наездили мы на 18 долларов, но водитель мой оказался хорошим мужиком и говорит, 18, мол, много, давай 15 и все в порядке. Я дал ему 20, а сдачи не взял. Поблагодарил он меня, пожелал удачи и удалился. Так мы и остались вдвоем, вокруг ни души. Жутко. Стою я в своей парадной форме и тут чувствую - что-то не так, чего-то не хватает. О-ля-ля! А пилотки моей и нет. Тут я и вспомнил, что забыл ее в первом такси и несется она сейчас где-то по Алабаме в сторону Бирмингема. И сержант мой почувствовал, что я забеспокоился, поглядел на меня и говорит: ГДЕ ТВОЯ ПИЛОТКА, РЯДОВОЙ... Опять проблемы с именем. Я голову опустил, смотрю в землю и пытаюсь объяснить, что со мной случилось, что пилотка моя тю-тю. Тут надо объяснить, что в Алабаме готовили chemical и military police. Разные специальности - разные начальники. Он меня спрашивает, ты мол, кем готовишься стать? Химиком, говорю я. Ааа... Химиком (с довольной ухмылкой). Ну тогда я позабочусь о том, чтобы ты попал в мой взвод. И что вы думаете? Попал же!

Отвез он меня в центр приема, пожал руку и уехал. Тут меня встретили тоже дрилсержанты, но уже другие. Эти не кричали, не заставляли отжиматься, просто занимались распределением, кормежкой, бумагами, осмотрами и т.д. К своей радости я обнаружил старого знакомого, по английской школе. Пуэрто-риканец, с которым я ни разу и не разговаривал, но тут мы встретились как братья, которые не видели друг друга много лет. Он приехал за неделю до меня и ждал, пока не соберется еще сотня-другая таких же бездельников, чтобы приступить к становлению доблестными американскими солдатами. В центре принимали солдат и в течение пары дней одевали, обували, оформляли все бумаги, проводили тест по физкультуре и отправляли на курс молодого бойца - basic training. В целом это выглядело так, собирается группа химиков, когда их достаточно, отправка. Потом полиция. И так по две группы в месяц. Когда я приехал, как раз уезжали будущие стражи дорожного порядка. Когда они уехали, в центре осталось всего пару человек - я, друг мой (и фамилию его уже забыл), да еще человек 8 тех, кто по каким-то причинам должен был ехать домой. Повторюсь еще раз. За все время я только один раз видел, когда армия выставляла человека, в основном это были пацаны и девчонки, которые просто не были готовы к резкой перемене жизни и симулировали физические или психические заболевания. За одним, правда, приехало три полицейских машины. Оказалось, паренек - наркоман, зарезал брата и друга, чего-то там еще натворил и решил спрятаться в армии. Нашли. Поскольку все мои бумаги были уже оформлены, все обмундирование давно получено и проблем с отжиманиями у меня не было, делать мне тоже было нечего. По-этому меня использовали по полной программе, в основном, на уборках. Еще приходилось сидеть по ночам на телефоне. Это было для меня просто пыткой. С языком проблем уже особых не было (я понимал, а если не понимал, то догадывался, что от меня требуют, по мимике ли, или ведру и щетке, на которые мне указывали). С телефоном же дело обстояло гораздо хуже. Я просто не понимал ни слова. Благо, по ночам практически не звонили, а если и приходилось снимать трубку, то я сразу на одном дыхании выпаливал, куда они попали, кто я такой и предлагал подождать, пока я позову сержанта. Через неделю мне это конкретно надоело и я пошел проситься домой. Нет, не из армии, но в порядке исключения, в отпуск. Поскольку нормальный американский солдат через 4 месяца активной подготовки едет домой, то чем я хуже? Я уже четыре месяца в форме, даже чуть больше. И впереди у меня еще 18 недель учений. Это прозвучало очень благоразумно и через два дня я уже стоял в аэропорту в городе Атланте и ждал вылет на Нью-Йорк. Так я, еще и не став настоящим солдатом, уже попал в недельный отпуск. Через 9 дней мне предстояло уже поближе познакомиться со своим старым знакомым, который оказался человеком слова и стал моим надсмотрщиком на все оставшееся в Алабаме время. Не буду описывать свою 7-дневную поездку, встречу с женой и мамой, встречу с гражданской жизнью, которую я уже успел забыть. Это было очень здорово, но написано об этом уже немало. Так что перенесемся в 13 марта, утро которого я всегда буду вспоминать с улыбкой, а многие - в кошмарных снах только.

 

Глава 12

Разрешите мне перескочить на два года вперед. Сейчас я ухожу из армии и хочу рассказать про это, поскольку для меня это сейчас самый насущный вопрос. К тому же, хочется подвести некоторые итоги.

Только непонятно, с какого момента начать. Пожалуй, начну с марта, даже февраля. Итак, в феврале я завел себе маленький календари, на котором начал вычеркивать дни, оставшиеся до дембеля. Вот он висит передо мной и первый крестик на 21-ом февраля. В то время я уже настолько устал от всей армейской тупости, что все мои мысли носились вокруг октября, когда должен закончиться мой контракт, когда я снова стану гражданским человеком. Должен сказать, что за это время произошло очень много событий. Все началось в самом конце зимы. Как-будто вчера. Итак, у нас проходила инспекция, капитан проверял все наше оборудование, машины и т.п. Мы разложили наши маскировочные сетки и ждали, пока подойдет наша очередь. Тут приходит наш начальник и спрашивает, есть ли у нас запасные подпоры для этих самых сеток. Оказалось, что есть. Их надо было отнести одному сержанту, который работал в офисе нашей компании. Ну, кому идти? Правильно было бы послать младшего по званию, но мой идиот (про которого я расскажу позже, хотя даже вспоминать про него не хочется) послал меня. Вот взял я эти столбики и поперся, проклиная все на свете и больше всего этого самого идиота. Прихожу на место, а тот сержант, надрывается один с огромными тяжеленными мешками, в которые упакованы сети и пытается привести их в порядок. Понятное дело, я начал ему помогать, тем более, что он самый приятный человек в моей компании. Мы начали разговаривать о том о сем и выяснилось, что его помощник совсем ему и не помогает, а где-то гуляет и хуже всего, абсолютно ничего не знает в компьютерах. И тут я возьми и скажи: "Так я в компьютерах неплохо разбираюсь". Короче говоря, через две недели (на протяжении которых я тренировал своего приемника - того самого "помощника") я уже работал в офисе. Правда, на компьютерах поработать мне так и не удалось, потому что все мою первую и последнюю там неделю я столярничал - мы делали офисную стойку, перегородку и стол. И вот однажды я стою на крылечке, курю и ко мне подходит наш лейтенант. Хороший такой парень, все русский учит. Зачем это ему, я понятия не имею, но учит он уже довольно давно и с маленькими результатами. Я ему иногда помогал, объяснял, в общем, мы в хороших отношениях. И вот он меня спрашивает, нет ли у меня детских книг на русском языке. Откуда??? Но я знал одно место, в котором вполне могли оказаться и книги, и кассеты, и учебники. В армии есть отделения, которые готовят переводчиков, вот туда я его и повел, потому что наш рабочий день подходил к концу и мы уже почти были готовы идти домой. Да, надо сказать, что это был четверг, семейный день и домой вся армия шла в три часа, а не в пять, как обычно. Но поскольку было уже без пяти минут три, то там, куда мы пришли, никого уже не оказалось и мы пошли обратно, намереваясь вернуться на следующий день пораньше. Идем мы по коридору и вдруг видим открытый кабинет, на дверях которого приклеена бумажка с русским и немецким флагами. Зашли. Там никого не оказалось, но зато стоял стол с наваленными на нем русскими видеокассетами. Я давай ему рассказывать про русские фильмы, лит-ру и т.д. И вот в процессе нашей беседы заходит сержант и спрашивает, кто мы такие, что нам нужно. Ну, мой лейтенант ему и объясняет, так мол и так, нужны книжки на русском языке. Короче говоря, оказалось, что попали мы в институт иностранных языков американского спецназа, его европейского отделения. Со временем этот сержант стал моим очень хорошим другом (буду его называть Джоном - имя вымышленное), но рассказать про него я много не могу, сами догадайтесь, почему.

Спецназу нужен был такой парень, как я, для которого русский - родной, который знает хоть немного о том, как работать с компьютерами. Мы нашли друг друга. Мой первый сержант в то время как раз собирался уходить из компании, так что у него не было проблем с моих уходом. Но... Дело в том, что поменять специальность в армии очень не легко, а мне - так просто невозможно, потому что я не американский гражданин. По-этому мне дали уйти без шума и бумагомарания. Т.е. числился я в своей старой компании, но не появлялся там даже на зарядку, делая ее с моим новым другом. В последствии у моего первого были из-за меня неприятности, но на меня он не обозлился, при каждой встрече говорит: Музи, бери от армии все что можешь, потому что сами они тебе ничего не дадут. Вот так я оказался в спецназе. Хотя нет, вру. Спецназовцем не был и вряд ли уже буду. Я на них просто работал, делал страницы по изучению русского языка, но вы их не увидите, потому что все они на интрнете, а перекладывать их на интернет мне не охота, уж очень много я там наворотил и никто мне нужного пространства за бесплатно не даст. Может, когда-нибудь, но не в обозримом будущем. Теперь у меня был мой кабинет, который я правда делил с Джоном и Увэ - а это имя настоящее. Джон - коренной американец, но прекрасно говорит по-русски и даже сделал военный словарь. В то время он готовился к свадьбе, так что мне внимания практически не уделял и я был предоставлен сам себе, что хотел то и делал. Вы только не подумайте, что я бездельничал. Если раньше я старался смотаться домой пораньше, то теперь приходил в 6, а то и позже. Мне очень нравилось то, чем я занимался и поэтому вкладывал в эти страницы все, что мог.

Вот как выглядел мой обычный рабочий день. Просыпался я уже не в 5, как раньше, а немного после шести, что мне очень быстро стало ужасно нравиться. В семь я встречался с Джоном в физзале или в бассейне. Раньше мне и присниться не могло, что зарядку можно так делать. Дальше, когда я вернусь к хронологическому порядку, расскажу, что такое обычная, нормальная зарядка. Но это потом. А сейчас, после часа жимов, приседаний и подтягиваний мы иногда ходили в бассейн. Там уже почти никого не было и мы могли себе спокойно плавать, получая от этого истинное удовольствие. Вот что меня один раз очень поразило. Было уже, наверно, начало одиннадцатого, а мы все еще сидели в джакузи и балдели. И тут мне пришло в голову, что мы-то уже давно должны быть на работе, что ж начальник наш скажет?! И я говорю, что ж мы делать-то будем. А Джон, посмотрел на меня так косо и спрашивает: И кто ж по-твоему, твой начальник? Я - твой начальник, когда захотим, тогда и пойдем, а захотим, целый день будем здесь сидеть. Вот так. Я потом долго в себя прийти не мог. А иногда рано-рано утром меня будил телефонный звонок, так мол и так, сегодня иди на зарядку один. Короче, халява, какую себе трудно представить. Вот так я балдел почти полгода. Жаловаться мне не на что, потому что это не работа была, а мечта. Жалко только, если такое раз в жизни выпадает. После зарядки я ехал домой, спокойно завтракал и отправлялся на работу. И там я уже действительно работал, делал то, что считал нужным и правильным. Первые несколько недель я провел в розысках адресов по изучению русского языка иностранцами и должен вам сказать, уважаемый читатель, - их полно. В основном это университетские сайты, для использования которых нужно быть студентом данного заведения. Но есть и бесплатные. Без лишней скромности скажу, что то, что я сделал, могло бы по праву занять первое место в таком списке. Все, что есть на линии, рассчитано на учащегося, который уже кое-что знает или у которого есть возможность каждый день обращаться к профессору. А для человека, который вот так с бухты барахты решил заняться изучением "великого и могучего", на линии нет ничего. Разве что survival course, так называемый курс на выживание, т.е. фразы, которые должен знать любой турист, что бы не пропасть в стране. Свой учебник я постарался организовать с азов и потихоньку, потихоньку, доводя своих учеников до уровня понимания газетных статей и бытовых разговоров. Пока я написал 8 уроков из двадцати запланированных, которые я вряд ли закончу и пока не вижу, кто бы смог это сделать в армии. Ну что ж, я там многому научился, многое освоил, жаль только, что все это оказалось никому не нужно.

Как-то я скачу по времени, это все потому, что у меня семь пятниц на неделе и я в последнее время не могу ни на чем сосредоточиться. Почему? Причин для этого несколько, но самая главная, пожалуй, - неопределенность. Из армии я ушел, а вот чем теперь заниматься, не знаю. Кстати, послезавтра, 15 октября, мой последний официальный день американского военнослужащего. Пока я не жалею, что не заключил новый контракт, а там видно будет. Если бы остался, то, наверно, проклинал бы все на свете, что не попробовал вернуться к гражданской жизни. Знаю немало примеров, когда человек планировал отслужить 2-3 года, а потом так и оставался, армия засасывает, становится как бы второй натурой, привычкой, от которой очень тяжело избавиться.

Глава 13

К этому времени я уже привык (почти) просыпаться в полпятого утра. Остальные проснулись тоже легко, но не из-за привычки, а потому, что были очень возбуждены. Что нас ждет впереди? Где нам придется провести следующие 18 недель нашей жизни? Были только слухи и они были совсем неутешительные. Накануне мы собирали наши вещи. Паковаться солдату очень легко. Хотя нет. Правильнее было бы сказать, что солдату, которому предстоит отправиться на бэйсик, паковаться очень легко. Потому что почти все полученное обмундирование даже не вынимается из мешка. Остается только сумка с личными вещами. Так что перед отправлением мне предстояло только побриться, собрать постель и встать в очередь, чтобы эту самую постель сдать. Потом был завтрак. В армии солдат всегда должен быть сыт. По крайней мере, в американской. Про еду я еще расскажу. Короче говоря, к 9 часам утра мы стояли на плацу с вещами. Ровно в 9 подъехал автобус. Совершенно обычный автобус, который можно часто увидеть на улицах Америки. Grey line. Сержант начал называть фамилии и по списку мы заходили в автобус. Пытались зайти. Потому что это было не очень легка. Автобус не рассчитан на багаж. Проехаться на экскурсию, в школу, на работу - да. Но не с мешками. Автобус забили под завязку. Мешки пришлось держать на коленях, под ногами, в проходе. Когда все уселись, водитель закрыл двери, переключил коробку передач и мы поехали. Ехали довольно долго, хотя позже мы бегали по этому маршруту и оказалось, что расстояние между центром и бараками совсем небольшое. Приехали. Все сразу зашушукали - увидели настоящих, не липовых, как в центре, а самых самых - дрил-сержантов. Дверь открылась и к нам зашел... зверь. Небольшого роста, коренастый, с заметной сквозь форму мускулатурой, черный сержант. Он обратился к нам с речью. К стыду, я уже и не помню, как его зовут. 10-минутное обращение состояло в следующем. Меня зовут... Я приветствую вас в самом лучшем центре подготовки солдат в Америке, а значит, и во всем мире. Вам предстоит стать защитниками родины и вообще всего мира от врагов этого самого мира. Следующие четыре с половиной месяца вы будете учиться, как стать хорошими солдатами. Бла-бла-бла. Желаю вам всем удачи. У вас есть 4 минуты, чтобы выйти из автобуса. Все, кто выйдет позже, будут наказаны. Вот такая культурная вещь. Должен заметить вот что. Чем ниже звание у военного в армии, тем он крикливее. Это справедливо везде, я думаю. Не только в армии. Но там особенно. Выступающий перед нами был... Маленькая справка. Поскольку в душе я все-таки пацифист, то ко всем армейским подробностям относился не очень внимательно. Мне это было абсолютно неинтересно (поэтому, если вас интересуют характеристики оружия, оборудования и т.п., я вас разочарую - этого не будет). Я хочу вам объяснить, куда же мы попали. Иерархию бэйсика. Во главе химической школы - какой-то большой генерал. А начальник над призывниками - подполковник. Чем он занимается - понятия не имею. Бумагомарательством. Под ним находятся несколько компаний во главе с капитанами. Эта должность, насколько я понимаю, тоже "липовая". По крайней мере, мы своего почти и не видели и он за все время выступал перед нами раз пять, не больше, да и то по праздникам. Потом шла очередь первого сержанта. Это был уже Человек. Именно от него зависела наша судьба. Чем мы будем заниматься, когда, где... У него был заместитель (именно он и выступал в автобусе). Его мы тоже видели очень мало. Ну и в самом низу этой лестницы находились дрил сержанты. Те, которые выглядят очень устрашающе и носят круглые шляпы. Их было по четыре на взвод. В нашей компании было два взвода, всего 8 дрилов. Дрилы из другого взвода обычно не вмешивались в дела не своих солдат. Один из них, старший по званию или выслуге лет, был взводным. Вот и все об этом. Вернемся в автобус. Как только тот вышел, к нам зашел мой старый знакомый. Я ему даже улыбнулся, но он этого не оценил, а напротив, сделал вид, что видит меня впервые и, воспользовавшись моим к нему вниманием, на меня и набросился. Он начал КРИЧАТЬ. Почему все буквы заглавные? Потому что такого крика ни я, ни мои бедные товарищи еще никогда не слышали. Позже он нам рассказывал, как в дрил-сержантской школе будущие дрилы ходили в лес и в лесу орали на деревья, ставя голос и тренируя голосовые связки. Вот и пришло ему время показать все свое искусство. И надо вам сказать, в нем он достиг совершенства. К сожалению, я так и не понял, что он там нам говорил, потому что это походило на крики советских солдат, которые орали "Здра ем тов рал!" или что-то в этом роде. К тому же он захлебывался слюной, которая брызгала во все стороны и махал руками. Но понимать было особо и нечего. Он просто говорил, чтобы мы поторапливались. Встал он в самом проходе, оставив только тоненький просвет. И орал, что трогать его нельзя. Так мы и вываливались из автобуса, перепуганные, уже уставшие, многие заплаканные. И прямиком попадали в руки семи, жаждущих крови, сержантов. Они стояли вдоль дорожки на площадку перед бараками. И орали, махали, но не трогали руками. Я уже, кажется, упоминал, что дрил-сержант не имеет права дотронуться рукой до новобранца. "И это хорошо." Добежав до площадки, мы бросали мешки на землю и становились в шеренгу. Очень быстро мы уже отжимались, приседали, бегали по кругу, на месте, опять отжимались. Тут же замечу, что набор упражнений в американской армии, по крайней мере, в простой ее части, очень ограниченный. Любимое всеми дрилам упражнение, выглядит так. Отжимание, приседание, ножницы и бег на месте по очереди. Кажется не очень сложно, но попробуйте быстрый темп в течение 5-ти минут. Я вас уверяю, успеете пропотеть. Вот таким образом над нами издевались около часа. Поскольку к такому я уже привык, то просто расслабился и получал удовольствие от наблюдений за окружающими.

Глава 14

Итак, первая ночь на бэйсике. Нас всего несколько человек, потому что основная группа приезжает на следующий день. Кроме минутного удовольствия от наблюдения со стороны за высадкой из автобуса, нам это ничего не дало. К тому же и посмотреть мы толком не смогли, потому что были заняты. Я в первый же день получил наряд на кухню. Много наслышан о советских нарядах, но насколько я понимаю, тут это выглядит совсем по-другому. В действующей армии такое понятие есть только на учениях и к тому исключительно по очереди. И на бэйсике очередь и мы обычно знали о предстоящих "удовольствиях" за неделю до самого события. А то, что это было Событие, можете не сомневаться. Итак, разбудили нас в 3:30, потому что на кухне надо быть уже в четыре часа утра. Поспать фактически и не удалось. И душ принять не удалось, только вскочить, натянуть форму, сапоги и вперед. Сколько нас там было, уже и не помню. Человек 6-7. Из них трое - посудомойщики, а остальные вроде уборщиков-мальчиков на побегушках. Мне, конечно, повезло больше всех и я прямиком угодил к умывальнику. Сначала казалось: какая ерунда! Да я бы тут всю службу и провел. Наконец можно постоять и просто поговорить. Сержанты даже не появляются и мы бездельничаем. Знакомимся, рассказываем анекдоты и делимся последними слухами. Вдруг раздаются крики, вопли, команды. И все это очень громко и очень пугающе. Тут же делаем вид, что вовсю работаем. На часах 7. Время завтрака. Столовая за раз обслуживает около 400-сот человек, не считая сержантов, офицеров и случайно попавших гражданских или командировочных. Ну и, конечно, не считая нас. Вся еда готовится прямо там. Жарятся яичницы, варится вермишель, парится/жарится мясо ну и т.п. делается это все дедовскими методами корейскими женщинами, в основном. Они почему-то очень любят там работать, по крайней мере на кухнях я видел в основном их. Вызвано это похоже тем, что очень много американских военнослужащих в тот или иной период своей армейской карьеры попадают в Корею и привозят оттуда жен. Меня это всегда поражало, потому что судя по рассказам, они там практически все время проводят в обнимку с бутылкой, а кореянок сторонятся из-за угрозы "черного сифилиса", уж не знаю, что это такое. Не один раз слышал истории о бедных ребятах из техасов и кетуков, которых оставили на полуострове из-за этой страшной болезни. Может это одна из легенд, а может и правда. За это не ручаюсь. В любом случае, узкоглазое население америки очень сильно пополняется именно за счет образования новых семей. И это относится ко всем званиям, начиная от простого рядового и заканчивая высшими офицерами. На военных базах гражданским устроиться довольно непросто, но очень выгодно. Платят хорошо, медицинские и разные другие страховки тоже дают. Вот жены и идут работать в магазины, на склады, кухни... если вам когда-нибудь доведется побывать на одной из американских баз, зайдите в парикмахерскую. Готов спорить на любую сумму, что практически все мастера с трудом говорят по английски и имеют характерный узкий разрез глаз. Как с конвейера. Вжик, вжик, вжик и готово. Стандарт, он и в Корее стандарт. Но вернемся на кухню. Появился первый заход. А у нас появились первые кастрюли. Тут надо описать процесс мойки. Три огромных умывальника. Первый человек стоит с подобием шланга, из которого мощной струей бьет кипяток. Им он смывает все, что смывается. Смыл, передал второму, который моет уже щеткой с мылом. А третий полоскает посуду в чистой воде. У каждого есть свои плюсы и минусы. Шлангисту легче всего физически, но из-за пара очень жарко, к тому же брызги кипящей воды очень больно шпарятся. Второму, пожалуй, тяжелее всего, потому что в Корее, по всей видимости, не очень любят использовать подсолнечное масло или у них подгоревшая еда считается деликатесом. Но отодрать подгоревшее мясо или вермишель довольно-таки тяжело. В ход пускаются вилки, ножи, металлические щетки и, в основном, большие физические усилия. Третьему, казалось бы, легче всего - прохладная вода, опустил кастрюлю, поболтал и вынул. Но ему приходится больше всего бегать. Сначала за новыми партиями использованных сковородок и поддонов, а потом надо отнести и разложить чистые. Мы периодически менялись по кругу, работая над каждым умывальником. Работа кипела, время летело и очень быстро крики смолкли, столовая опустела, повара ушли на обед или куда они там ходят. А к нам начала поступать МАССА грязных тарелок и предметов, которые используются при потреблении пищи. Только-только разобрали очередную гору, как тут же появляется следующая, еще больше. И так без конца. Иногда просто хотелось все бросить и послать их всех куда подальше. Тут нам сообщили хорошую новость: обеда не будет. Солдаты на обед едят MRE - знаменитые пакеты с готовой едой. Я думаю, тут можно на них остановиться подробнее, потому что вещь действительно очень любопытная и заслуживающая внимания. Тому, кого интересуют технические характеристики, типа количества калорий, я советую обратиться к www.google.com, набрать Meal Ready to Eat и пойти по первой же ссылки. Там будет масса полезной информации. Я не знаю, когда они появились впервые, но во время вьетнамской войны и еще какое-то время после, в них входили сигареты, Camel без фильтра. Сейчас остались только спички. А курева бесплатного больше нет. Итак, вам в руки дают пластиковый пакет, который руками разорвать очень тяжело, а ножа, конечно, нет. Приходится идти на разные ухищрени и использовать любые подручные средства, включая зубы. После того, как вы открыли пакет, его содержимое можно выложить на колени или на траву. Солдату на бэйсике всегда хочется кушать, а времени нет. Поэтому, недолго думая, открываются все пакеты и быстро поглащаются. А их довольно много. И все разное. MRE поступают в коробках по 12 штук. На каждой написано название "основной" еды: рис с мясом, рис с овощами, спагетти, курица, картошка... Сколько всего разных видов, никто не знает. Сначала этому не придаешь значения, но очень быстро понимаешь, что пакеты очень сильно отличаются по содержимому и оказывается, ты предпочитаешь одно другому. А еще они все имеют свои номера - от первого и до 24, помоему. В основном пакете находится много маленьких и не очень. И в каждом находится какая-то еда. Пакеты прямоугольные и открыть их уже гораздо проще, потому что какой-то умный человек придумал их чуть-чуть надрезать по бокам. Но надрезают их на длинных сторонах, а это, как показала практика, не очень удобно, потому что пакет гораздо длиннее ложки. Но перед разрыванием пакета еду надо подогреть. Ха, скажет читатель, который не знает, что такое американская армия. Про котелок речи не было, только спички. Не поджигать же эти пакеты? Нет, потому что другой умный человек придумал вот какую штуку. Что должно быть у любого солдата ВСЕГДА? Кроме ружья, конечно. Правильно, фляга. А что во фляге? В русской может быть и спирт, но в американской - чистая и свежая вода. И вода может кипеть, а если ее добавить в кулек со специальным порошком, то она и будет кипеть. А если в этот кулек опустить пакет с рисом, то он очень быстро превратится в горячий рис. Очень вкусно и калорийно. А в пакете под номером 17 к рису еще есть и отдельный пакет с мясом. В некоторых MRE есть еще один большой пакет с фруктами. Обычно это ассорти из кусочков бананов, ананасов, слив, вишен и т.д. В других - пирог, ванильный, абрикосовый или мой любимый - шоколадный. Пакетики с печеньями, конфетами, M&M, который тает во рту, а не в руках. Правда, позже я убедился, что он может таять и в пакетике, не попадая даже в руки - все зависит от температуры, и если очень жарко, то эти шоколадные шарики, покрытые глазурью, превращаются в шоколадную массу прямо в упаковке. Еще есть один маленький пакетик, в котором находятся салфетка, уже упоминавшиеся спички, ложка, соль, сахар, перец и бутылочка очень острого соуса. Забыл упомянуть напитки в порошках, которые можно засыпать во флягу, заливать водой, взбалтывать и получать довольно вкусный апельсиновый, вишневый, лимонный напитки. Есть так же какао, с которым у меня связаны самые приятные воспоминания. Была у нас девушка, которая на какао выменивала все, что у нее было из еды. За один пакетик отдавала самые деликатесы. Процесс

Категория: Личный состав | Добавил: pentagonus (06.03.2011) | Автор: Музыченко Игорь

Просмотров: 2775 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0

avatar


Copyright MyCorp © 2016

Рейтинг Военных Ресурсов