Главная Pentagonus Регистрация

Вход




Приветствую Вас Гость | RSS Понедельник, 05.12.2016, 17:30
Ключевые слова
Подготовка, вступаем в армию США, Музыченко Игорь, наши в армии США

Ключевой партнёр
Академия военных наук РФ
Академия военных наук РФ

Категории каталога
Структура и организация [233]
Боевые операции [67]
Личный состав [122]
Вооружение [213]
Законы, Уставы [52]
Подготовка [150]
НИОКР [133]
Техническое обеспечение [200]
Форма, знаки различия, награды [20]
Кадры [14]
Информационное противоборство [78]
Тактика и стратегия [148]
ЗВО [1]
ТТХ [9]
ВУС [11]

Поиск


Наш опрос
The military tattoo
Всего ответов: 129
Статистика

Rambler's Top100

Онлайн всего: 11
Гостей: 11
Пользователей: 0

Top secret


Translate.Ru PROMT©
Главная » Статьи » Армия (Сухопутные войска) » Личный состав

Солдат (23- окончание)

   Назад в "Я хочу стать Soldier"

Солдат (20-22)

Музыченко Игорь

Глава 23

Чистка могла легко занять целый день, что меня, да и многих других, вполне устраивало. Это как по Козьме Пруткову: Ногти даны человеку для постоянного и легкого занятия. Нас никто не трогал, можно было посидеть в тишине и особо не напрягаться. Вначале все стремились закончить свою винтовку первым и получить добро от сержанта, но очень быстро сообразили, что чем быстрее закончат, тем быстрее получат новое, и наверняка более утомительное, задание. К тому же первых проверяли по всей строгости, а к последним относились снисходительней.
  На следующий день нам предстояло впервые попасть на стрельбище. Настоящее стрельбище. Было начало апреля и в Алабаме днем уже было довольно тепло, если не сказать жарко. Даже в 4 часа утра на улице в шортах и майке было не холодно. В день Х у нас не было зарядки, вместо нее мы позавтракали, получили пакеты с едой и дружным строем направились за своими винтовками. К семи часам мы были готовы к посадке в автобусы, которые должны были отвести нас на стрельбище. Вот, написал все это и только сейчас вспомнил, что в первый раз мы стреляли не по падающим мишеням, но по огромным бумажным листам, на которых были нарисованы вражеские солдаты разных размеров. Но даже до этого нам предстояло пристрелять винтовки. Честно говоря, это мне нравилось больше всего: не сама стрельба, но пристрелка. Для тех, кто не очень разбирается в этих делах, поясню: у всех винтовок есть мушка и прицел, которые вместе с глазом должны находится на одной прямой. Поскольку изменить положение глаза на лице довольно-таки затруднительно, меняют высоту мушки и прицела. Опуская технические подробности (замечу только, что делается это при помощи обыкновенного гвоздя), замечу, что теоретически это довольно легко. Но на практике, пристрелка 50 ружей может, и часто занимает, целый день. В итоге на мишени должно находится три группы по три дырки, котрые находятся на расстоянии не больше сантиметра друг от друга. 20 мишеней, 40 солдат. У каждого стреляющего есть напарник, которые подает магазины по три патрона в каждом и выступает в роли помощника. Все это сделано в целях безопасности. Я уже писал, что в американской армии колоссальное внимание уделяется сохранению жизни солдат. Как известно, во время войны в Персидском заливе большая часть смертей произошла именно из-за несчастных случаев, а не по вине иракцев. Происходят трагедии и на стрельбищах.

Именно поэтому стреляют по двое, один из которых следит за тем, чтобы с его товарищем ничего не случилось. Итак, мы улеглись, взяли в руки винтовки и приготовились поражать мишени. Все были уверены в своих силах и метком глазе, но по старой традиции, получив в руки магазин, стучали им три раза по каске. Раздалась команда: "Fire" и сразу раздались выстрелы и воздух наполнился запахом пороха. Я спокойно расстрелял свой маленький запас патронов и расслабился. Постепенно выстрелы прекратились и я собрался вставать, но тут надо головой раздался рык сержанта, приказавший оставаться на месте. У кого-то заело затвор и с ним разбирались. Наконец, раздался последний выстрел, мы встали и пошли проверять свои мишени. К своему удивлению я обнаружил прямо в центре три маленькие дырочки на расстоянии в два-три миллиметра друг от друга. Мой напарник мне радостно сообщил, что это прекрасно и подошедший сержант подтвердил. У соседей дела обстояли похуже: дырки в бумаге были где угодно, но только не в мишени, причем очень далеко друг от друга. Не хочу себя хвалить, но мне хватило минимума - 9 патронов, чтобы сдать этот тест. Через несколько часов я об этом ужасно пожалел, потому что вместо стрельбы (которая мне сразу ужасно понравилась) мне приходилось помогать моим менее удачливым товарищам. Провели мы там целый день и отвлекались только на обед. В итоге практически все нормально отстрелялись, за исключением двух или трех человек.

На следующий день на стрельбище мы не ездили, но вместо этого опять сидели в классе и слушали лекции о sexual harassment, который всем уже окончательно надоел. Нам опять натерпелось взять в руки оружие и посмотреть, кто на что способен. Но, к огромному сожалению, завтра выпало на субботу и мы опять сидели

Это будет более короткая часть моего повествования.

Понедельник начался, как обычно, с зарядки. А после завтрака нас посадили на автобусы и повезли в школу. Тут я хочу объяснить о том, что такое американская военная школа. Многие слышали о Вест Пойнте, армейской академии, которая находится в штате Нью Йорк. Это высшее учебное заведение, которое готовит офицеров. В Советском Союзе ее аналогом было Львовское Политучилище. В Америке есть еще Академия Воздушных Сил, расположенная в Колорадо Спрингс, рядом со Скалистыми горами. В ней готовят пилотов и обслуживающий персонал. Мне пришлось там побывать и это было очень интересно, но об этом визите я расскажу позднее. Все эти академии - очень престижные и чтобы попасть туда надо быть семи пядей во лбу, поскольку отбор очень серьезный. Но ведь кроме офицерского состава армия состоит из сотен тысяч обычных солдат и сержантов, которые тоже должны что-то делать. Вот для этого и образуют школы в разных фортах для их образования. В то время в форте МакКлиллан находилось две такие школы: моя - химическая, и вторая - военной полиции. Существует ещё пара десятков подобных школ, разбросанных по всему континенту. Больше всего их в форте Leonardwood в Кеткуки. После того, как форт МакКлиллан закрыли пару лет назад, обе школы переехали именно туда, в Кентуки. Поскольку курс молодого бойца одинаков для всех без исключения, воспоминания о нём одинаковы для всех без исключения, с той лишь разницей, которую создаёт характер дрилл-сержанта. Но совсем иначе обстоит дело с профессиональной подготовкой. Хотя и тут некоторые классы одинаковы для все. Так, например, обстоит дело с чтением карт.
  Насколько я знаю, школа проходит от двух до трёх месяцев. Химиков готовят десять недель.

Итак, мы первый раз в школе. Это обычное здание, даже чем-то похожее на обычную школу. Только почти все учителя носят военную форму. Их отношение к нам резко отличалось от отношения наших надзирателей. Это были совершенно обычные люди, выполняющие свою работу. Некоторым она очень нравилась, другие тянули лямку. Тем не менее, расслабиться нам не давали.

Первую неделю мы посвятили вооружению различных стран мира. Нам показывали фотографии танков, самолётов, вертолётов, броентранспортёров, пушек и т.п. Как и следовало ожидать, наибольшее внимание уделялось оружию советского производства. Я никогда раньше не задумывался о том, что всё это оружие имеет свои уникальные характеристики и, обладая минимальными знаниями, можно легко определить если не модель, то в какой стране произведён танк или самолёт. Например, вся американская гусеничная техника имеет люки, открывающиеся назад, оставляя грудь бойца незащищённой. В Союзе же, наоборот, люки открываются вперёд и за ними можно удобно расположиться, не опасаясь пущенной спереди пули. Я спросил нашего учителя, какой же вариант лучше, но толкового ответа так и не получил. Действительно, ведь эти люки были созданы из практических соображений, а не для того, чтобы отличать свой танк от вражеского. Точно так же обстоит дело из самолётами, но в этом случае с формой крыльев. Короче говоря, нас учили не стрелять по своим. Пришлось даже сдавать мини-экзамен, мини потому, что нам показывали фотографию и мы всей группой пытались угадать, что это такое перед нашими глазами. Сразу появилось несколько знатоков, которые легко называли страну, модель и чуть ли не имя конструктора и первого пилота/танкиста. Лишь в одном случае произошла заминка. Инструктор показал фотографию истребителя и наши мнения разделились. Вернее, двое не сошлись во мнении. Один утверждал, что это французский Мираж, а второй называл всем неизвестный самолёт какого-то азиатского производства. Нам оставалось присоединиться к тому или другому и организовать дебаты. Преподаватель молчал и лишь улыбался тому, как мы находили явные характеристики того и другого самолётов. После десяти минут жарких споров спор было решено разрешить голосованием. Азиат получил большинство и проиграл. На фотографии перед нами красовался Мираж - чудо французского самолётостроения.

В другой день нас учили пользоваться картами. Но на этот раз не для навигации, а для определения положения заданных позиций с помощью линейки и трафарета. Это умение важно для артиллеристов. Чтобы проиллюстрировать ситуацию, приведу пример. На заре в сторону противника отправилось две разведывательные экспедиции. В полдень они из разных кустов увидели группу вражеских танков, экипаж которых нагло разлёгся на солнышке и резался в преферанс. Непорядок! Надо им напомнить, что они на войне, а не на отдыхе. Но что может сделать маленькая группа разведчиков против брони? Тут нужна помощь артиллеристов. Вот и сообщаются свои координаты и расположение противника в штаб. А в штабе сидит солдатик, которые имея точные координаты своих групп может с точностью до метра определить, куда направлять свои снаряды. Ему ещё только необходимо знать угол, под которым видят картёжников свои товарищи. Вот такие задачи мы и решали целый день. Нам раздали карты местности и целый список координат и углов. Вооружили линейками, компасами, транспортирами и разноцветными карандашами. Все сосредоточено склонились над партами и создалось впечатление, что ты попал в детский сад. Задача очень простая, если понимаешь, что делаешь. Я быстро расправился с противником и гордо понёс свои результаты преподавателю на проверку. Оказалось всё верно и меня поздравили с успешным завершением манёвров. Но к моему огромному сожалению мне, вместо того, чтобы дать отдохнуть, тут же дали "важное" поручение. Дело в том, что одни и те же карты используются постоянно и чтобы их не портить, на них накладываются такие прозрачные пластиковые плёнки (по-английски - overlay, а по-русски так и не выяснил, как это называется), которые то же используются многократно. А поэтому все надписи, прямые и точки приходится отмывать ватой, смоченной в спирте. Именно это "важное и ответственное поручение" мне и поручили. Вскоре ко мне начали присоединяться остальные и работа закипела. А тех, кто закончил последними, отправили мыть полы и убирать в коридоре и туалете.

По-видимому, первые две недели школы так же одинаковы для всех специальностей. Мы проводили дни в классах и старались держать глаза открытыми. Это оказалось самым сложным. В основном наши преподаватели, которые менялись практически каждый день, оказывались очень скучными учителями, которые просто бубнили весь материал себе под нос. И это бормотание нагоняло сон. Каждый час нас отпускали на 5-10-минутный перерыв, во время которого можно было сходить в туалет и пообщаться. Мы выстраивались вдоль стен и болтали. Если становилось слишком шумно, а обычно так и происходило, нас заставляли читать пропагандистские плакаты, развешанные на стенах. А их было полно. Только от советских они отличались тем, что рассказывали об истории американской армии. Впечатление, что попал в музей.

А однажды мы целых три дня развлекались. Нас учили обеззараживанию, которому я впоследствии посвятил почти три года своей армейской жизни. Дело в том, что химики делятся на несколько категорий. Первая, самая популярная в армии группа, ездит на маленьких броневичках и пускает дым в глаза. Врагу. В буквальном смысле. Они занимаются дымовыми завесами. Это очень интересно, но утомительно. Без дыма не обходятся ни одни учения. Даже для самых мелких учений обязательно запрашивают дымовую поддержку. Поэтому, как общее правило, именно химики-дымовики в полях проводят больше всего времени. И вообще, ведь это очень круто и модно, когда можно свои танки, пехоту или даже полевую кухню перебросить из одного места в другое так, чтобы противник об этом не догадался. Вторую группу составляют химические разведчики. Это целая отдельная история и про них я ещё расскажу, когда придет время.

Я же попал в обеззараживатели. Тема химического и биологического оружия сейчас особенно популярна в связи с Ираком и непрекращающимися инспекциями по поводу наличия у Саддама оружия массового уничтожения. О разработках его я ничего не знаю. А результаты видел только однажды по телевизору. Однажды нам показали фильм про опыты использования разной гадости. Это самый страшный документальный фильм, который я видел. Он недоступен массовой аудитории и, по-моему, даже мы не должны были его видеть. Фильм старый, 50-ых годов и снят был в Австралии, которая, к моему удивлению, в то время активно этим занималась. Опыты проводились на животных и добровольцах. В общем, скажу только, что впечатление очень мрачное и химическое оружие действительно очень страшная вещь.

В случае, если такое оружие было использовано, встаёт вопрос, а что же с этим делать дальше. Вот тут и зовут обеззараживателей, т.е. таких как я.

Очисткой мы и занимались три дня. Тогда-то я впервые и осознал, какую прекрасную профессию получил. Представьте такую картину: Саудовская Аравия или какая другая пустынная страна. Температура воздуха под 50 градусов. Дышать невозможно. Пот смешивается с песком и создаёт довольно неприятные ощущения по всему телу. Жарко и хочется пить. А ещё больше хочется окунуться с головой куда-нибудь в воду. А у кого она есть? У всех. Но в литровых флягах. А у кого она есть в больших количествах? Правильно! У нас. У нас даже были передвижные души, которые пользовались огромной популярностью. Мне трудно оценить, какие чувства испытывает солдат моей профессии в боевых условиях, когда используется настоящий газ и шутки заканчиваются, но на учениях совсем другое дело. Психология - очень сильная штука и осознание того, что всё делается понарошку никогда не покидает. За три года службы химиком мне только однажды пришлось столкнуться с настоящими, а не шуточными, химикалиями и бактериями, про что я уже скоро расскажу подробно.

Вернёмся к нашему повествованию. Обеззараживание бывает разных видов. Основные два - очищение персонала и оборудования. Для этого существует ряд приспособлений, типа водяной помпы, почти как у пожарников. Зараженный танк или какой другой грузовик обмывают мощной струёй воды и специальных растворов, которые должны убить всю гадость. Эта процедура напоминает мойку машин и по моему глубокому убеждению не представляет никаких особых сложностей. Обеззараживание танков самими танками гораздо интересней. Такое я видел только один раз. Две такие заведенные штуковины ставят задами друг другу и все, кому нужно почиститься, проезжают между ними. Работает гораздо лучше, чем любые химикалии. Много раз слышал, что температуры там хватает для того, чтобы расплавить военный джип. Вполне возможно, что это очередная армейская легенда, но я своими глазами видел почерневший перед автомобиля, который, как мне объяснили, подъехал слишком близко к танку.

В те три дня нам предстояло постигнуть азы использования воды и разных приспособлений, ее использующих. А их было очень много, всех и не упомнишь. Тем более, что мне лично все это доставляло очень сомнительное удовольствие и я, как истинный студент, готовился к экзаменам за ночь до самих экзаменов с тем, чтобы сразу после сдачи все забыть. Поэтому буду описывать приборы по памяти, без названий. К тому же вряд ли аббревиатуры кого-нибудь заинтересуют, кроме потенциальных шпионов.

Поскольку в помещении большое количество воды использовать довольно затруднительно, нас вывели на улицу, где была оборудована специальная площадка именно для таких мероприятий. На ней стоял довольно большой павильон, где находились маленькие приспособления, типа переносных памп. Там же стояли маленькие бассейны. Иначе я их назвать не могу, поскольку впоследствии много раз в них купался. Представляет такой "бассейн" один огромный брезентовый мешок с большой шиной вверху. В нее надувается воздух и она затыкается, поднимаясь вверх и поднимая за собой стены бассейна по мере наполнения его водой. В среднего размера мешке свободно помещается пять человек (проверено практикой) и еще нырять можно. В общем, мечта любого солдата, но доступна только нам, химикам-обеззараживателям.

За три дня нам худо-бедно объяснили и показали, как всем этим пользоваться, а потом даже дали попробовать самим. А теперь представьте картину. Алабама. Лес. 100-процентная влажность. На термометре - почти 40 градусов. И тонны чистой воды, в которой можно купаться, которой можно обливаться из шлангов, труб, специальных пистолетов и т.п. Что бы вы делали в такой ситуации? Именно этим мы и занимались. За 5 минут все были мокрые с ног до головы, включая наших дрилл-сержантов, которые в общем-то не очень и возражали. Больше всего запомнилась большая стационарная машина, которую, насколько я знаю, уже не используют из-за ее габаритов и сложности перевозки. Но напор воды, который она давала, просто потрясающий. Нам строго настрого запретили направлять шланг на человека, для того, чтобы его не покалечить. Я подозреваю, чтобы не убить. Такого даже в кино не увидишь. То, что используют при разгоне демонстраций казалось детской игрушкой по сравнению с нашим агрегатом. При полной мощности напор воды поднимался то ли на 40 то ли на 45 метром.

Следующие дни опять проходили в классах и единственное воспоминание, которое у меня от них осталось, все те же попытки не заснуть или хотя бы делать вид, что внимательно слушаешь. Мы работали с различными дозиметрами, пробирками, бумажками и т.д. И сдавали тесты, тесты, тесты... Нам рассказывали про опасность химического оружия, его виды, применении. Очень кратко рассказали о биологическом и еще короче о ядерном, хотя полностью моя специальность называется Nuclear/Biological/Chemical Specialist, т.е. "специалист по ядерному, биологическому и химическому оружию". После того, как я услышал о том, что во время ядерного взрыва надо ложиться на землю и закрывать голову руками, а еще лучше улечься под ближайший грузовик, вообще перестал слушать. Пытался было возразить, но мой робкий голос был заглушен громовым голосом сержанта, который возразил, что если не погибнешь, то по крайней мере не ослепнешь от световой волны. Ну, не ослепнешь, и ладно. Принялся играть с соседом в крестики-нолики.

На одном из занятий нам рассказали, что в нашем форте находится единственный в мире симулятор настоящего химического оружия, посмотреть на который приезжают военные делегации из разных стран мира. Так что написав про него здесь, я не раскрою никаких военных секретов. А нам предстоит через него пройти. Сразу послышался гул возбуждения. А как же? Ведь нам на деле предстоит показать, на что мы способны и чему научились.

Наконец настал день Ч. На автобусе нас всех отвезли на место. Со стороны здание ничем не отличалось от любого другого. Вернее, это был даже целый комплекс зданий, через многие из которых мы и прошли. А для начала, как обычно, предстояло прослушать лекцию по безопасности. После этого нас разделили на две большие группы, которые в свою очередь раздели на много маленьких, по количеству станций в этом комплексе. Я уже не помню всех подробностей, так что где-то могу и допустить ошибку, но общий смысл тренировки постараюсь передать. Во-первых, станцией я называю место, где надо пройти какое-то упражнение. Например, определить, заражена вода или нет. Или очистить автомобиль от заражения. И таких станций было около десяти. Все реальное. Там действительно используют настоящие химикалии. Поэтому с нас сняли всю одежду и выдали специальные химические костюмы. Обидней всего было то, что к своим химкостюмам мы уже успели попривыкнуть и даже находили способы, как облегчить свое в них нахождение путем прорезания дырок. Некоторые отпарывали внутреннюю прокладку, которая была покрыта углем. Уголь этот имел обыкновение переходить с одежды на кожу, даже через форму. Так что после даже одного часа в костюме на 30-градусной жаре человек становился похожим на кочегара или шахтера. Благо, под сильной струей воды тело приобретало свой нормальный, чистый, цвет. Зная про наши ухищрения и дабы не рисковать, нам и выдали новое обмундирование на один день. К тому же запугали, что сегодня все-таки лучше загерметизироваться, поскольку тут вам не шуточки, а самое настоящее оружие массового уничтожения. И пришлось нам натягивать все это на себя.

В моей группе было 5 человек. Первое упражнение, которое нам предстояло пройти, было определение зараженности воды. Для этого мы использовали специальные бумажки. Если бумажка меняет цвет, значит вода заражена. И в зависимости от цвета определяли, чем именно. С этим мы разобрались довольно быстро и пошли дальше. Вторая задача была гораздо сложнее. Попали в комнату, в которой стоял джип и рядом с ним разные штуки, начиная от кучи книг и заканчивая какими-то пропеллерами. Нам надо было определить, что радиоактивно. С маленькими предметами особых проблем не было, а вот с автомобилем пришлось повозиться. Нам сразу было сказано, что мест заражения на нем 6 или около того. А вот найти их... Радиатор, правое колесо, сиденье водителя и что-то еще нашли довольно быстро. И на сем заглохли. Последнее место заражения найти не могли минут 20. Проверяли все снова и снова. Без толку. Я думаю, что мы бы его и не нашли, если бы нашему преподавателю не надоело. Заражена была банка с лекарством в аптечке. Так что если вам когда-нибудь придется проходить через это испытание, не забудьте проверить таблетки анальгина на радиацию. В последний раз аптечка лежала под пассажирским сиденьем.

Следующим нашим испытанием было сделать уколы антидота в бедро заразившемуся. У каждого американского солдата должна с собой быть аптечка, в которой кроме всего прочего есть два шприца. Один большой, а второй маленький. В них и есть антидот, который в случае крайней опасности может спасти жизнь. К счастью, шприцы эти не обычные, а специальные. Их надо просто сильно ударить о тело и две иглы, выскочившие из них с большой силой, вбрызгивают животворящую жидкость в организм. Вот и все. Легко и просто. Эту станцию мы прошли буквально за пять минут. Потом было еще что-то, но я уже успел позабыть.

Выйти из этого здания было еще сложнее, чем войти. Потому что теперь нам самим требовалась обработка разными химикалиями, на этот раз очищающими. А проще говоря, нам надо было пройти через баню. Многоуровневую баню. Началось все с того, что мы вошли в небольшую комнату и сержант приказал нам задержать дыхание, потому что в следующим момент комнату наполнил вакуум, вернее было бы сказать, комнату покинул воздух. Эта комната представляет собой что-то типа декомпрессионной камеры. Дальше мы должны были избавиться от одежды, что тоже своего рода искусство. В данном случае. Раздевали друг друга. Сначала заворачивается капюшон противогаза. Потом напарник помогает снять куртку, сапоги и штаны. Последними снимаются перчатки и сам противогаз. Вся эта одежда проходит термическую обработку. И в конце - душ. Да не один, а целых два. Сначала специальный, а потом обычный, с мылом и мочалкой. Было очень приятно одеть снова свою форму и выбраться из этого здания. На этом и закончилась наша настоящая химическая эпопея. Больше я, слава богу, с этой гадостью не сталкивался и надеюсь, не столкнусь.

Окончание

В Алабаме наступил июль. До торжественного парада оставались считанные дни и жизнь опять стала принимать радужные цвета. Эпопея, которая длилась почти 9 месяцев, приближается к завершению. Мы потихоньку начинаем готовиться к выпуску, а это значит - муштра, чистка, стирка, глажка...

Большим днем было объявление мест службы. Однажды утром нас построили и сержант сказал, что у него есть список, согласно которому мы получаем распределние. Все сразу разволновались. Кроме тех, конечно, у которых это место было оговорено в контракте, и других, которые по окончании школы отправлялись домой - резервистов. Я "заказывал" Форт Драмм. Потому что я приехал из Нью Йорка и это было самое близкое к городу место, на которое я мог рассчитывать. До этого я даже к своему сержанту подошел и объяснил ему простым английским языком, как мне необходимо попасть именно в Драмм. Что больше никуда я    поехать не могу. Он пообещал сделать всё от него зависящее и я больше об этом даже не вспоминал. Был абсолютно уверен, что больше меня никуда не зашлют. Каково же было моё удивление, когда после своей фамилии я услышал: "Форт Касон. Колорадо". Нет, не к удивлению. К ужасу! Колорадо?! Это там, где колорадские жуки растут? Где это вообще находится? И почему туда?

А как же форт Драмм? А Нью Йорк? По-моему, у меня даже ноги подкосились. А дальше объявляли: Драмм, Драмм, Льюис, Драмм, Джексон, Драмм, Драмм... Именно в Драмм поехало больше всего людей. Я подошёл потом к сержанту и говорю:

- Как же так? Почему Колорадо? Я даже не знаю где это Колородо находится? И вообще я туда ехать не могу. Ты сам мне обещал Нью-Йорк.

- Да не переживай ты так, - говорит он. - Тебе там понравится. Тебе даже очень повезло, что ты едешь именно туда.

- Ну да, - говорю. - Как же так? Ты ж обещал!

- Списки уже были подготовлены, так что я уже ничего не мог поделать.

- Может я могу поменяться с кем-то?

- А это всегда пожалуйста. Я думаю у тебя не будет проблем найти желающих с тобой поменяться.

Ну, хоть так хорошо, подумал я и отправился искать "желающих". Дрил оказался прав - поменяться со мной местом службы хотели все. И не только те, кто ехал в Драмм. Я мог выбирать из всех известных фортов в Америке. Это меня несколько насторожило, но в итоге я все-таки нашёл парня, который с радостью согласился поменяться и мы вместе пошли обратно к сержанту.

- Я отправлю запрос об обмене. Посмотрим, что можно сделать.

Через несколько дней он ко мне все-таки подошёл:

- К сожалению, мы получили отказ. Придется тебе ехать в Колорадо. Но не расстраивайся, тебе там понравится. Ты на лыжах кататься любишь?

- Люблю.
  - Ну, так лучше места во всей Америке не найдёшь.

  В тот вечер я плакал под подушкой. Мне казалось, что жизни пришёл конец и больше мне ничего не светит. Колорадо? Когда я мог быть совсем рядом с Нью Йорком! Столицей мира! Городом, который я успел узнать и полюбить. А теперь, по чьей-то прихоти, мне придётся ехать куда-то в глушь, в место, где по моему глубокому убеждению, кроме жуков никто и жить не может. Как глубоко я заблуждался!

Нам оставалось пройти ещё одно серьёзное испытание - сдать финальный тест по физкультуре. Буквально за несколько дней до парада, рано-рано утром, нас посадили в автобус и повезли как раз на поле, на котором на нас должны были вскоре смотреть генералы-полковники, родители и друзья. Как обычно, сначала отжимания, потом пресс, а потом уж бег на две мили. В то утро было необыкновенно душно, влажно и жарко. Один из худших дней для зачёта по физкультуре. Тем не менее, мне удалось отжаться целых 79 раз, прокачать пресс 84 раза и пробежать за 13:09, что до сих пор остаётся моим лучшим результатом. Я набрал 289 очков. Всего одного не хватило для того, чтобы получить нашивку на спортивную форму. Обидно до слёз.

Парад. Кроме того, что опять было очень жарко, я практически ничего и не помню. Сама церемония прошла на ура. Сначала мы дружной толпой, вернее, в ногу, промаршировали на плац, возле которого уже сидели уважаемые гости. Нас поставили к ним лицом, вынесли флаги, произнесли речи, убрали флаги, опять же строевым шагом мы направились к автобусам, которые и отвезли нас к баракам. Всё. Итого, я пробыл в школе молодого бойца 275 дней. Вместо положенных 120. так что в тот день я безусловно был самым счастливым человеком не только в Алабаме, но я думаю, и на всём восточном побережье Америки.

1-3 - Приезд в Америку

4-6 - Вступаем в Армию США

7-11 Попытка стать солдатом - раз

11-14 - И снова бэйсик
15 -17  О спорт, ты мир

18-19 Про стрельбы и газы

20-22 Поход и снова стрельбы

айт http://www.sergeantbasyuk.com

Категория: Личный состав | Добавил: pentagonus (06.03.2011) | Автор: Музыченко Игорь

Просмотров: 2829 | Рейтинг: 4.7/3 |
Всего комментариев: 0

avatar


Copyright MyCorp © 2016

Рейтинг Военных Ресурсов